– Пообещай! – повторила она с нажимом.
– Я ведь тоже могу кое-что рассказать ему о тебе, – он склонил голову и глядел на неё сощурившись.
– Я знаю, но готова рискнуть. Я верю, что твои цели благородны, и не желаю зла, я хочу лишь уберечь тебя от роковой ошибки.
– Разве я просил твоей помощи? – сквозь зубы проворил он. – К чему это глупое благородство, Лора? Они – мерзавцы и не стоят твоих усилий.
– Может и так, а может нет, – повторила она упрямо. – Просто дай мне обещание что не убьёшь их, а найдешь способ выслать из королевства.
– Куда?
–Назад в Земли за Морем, – предложила она. – Ты же сам говорил, народ Вибхрами может на время усмирить волны и корабль выйдет за пределы бухты Фейремира.
– Ну хорошо, – сдался он. – Я и сам думал о таком решении, но всё это сложно и требует времени.
– Оно того стоит, Дедрик. Поверь! – она поймала его рассерженный взгляд и мягко улыбнулась.
Он кивнул ей и пошёл рядом. Карета ждали их в конце набережной, подойдя ближе он спросил уже спокойно:
– Куда ты хочешь поехать дальше?
– Я хочу побывать на местном рынке, говорят там можно увидеть много диковинных вещей, а еще послушать скальдов, которые поют лучшие баллады в королевстве, – Лора пыталась говорить беззаботно, но сама напряженно вглядывалась в Дедрика улавливая его настроение.
Она понимала, как рисковала, угрожая ему и удивлялась собственной смелости. Лора блефовала, они никогда бы не причинила Дедрику вреда. Несмотря ни на что её чувства к сенешалю оставались такими же сильными, как и раньше и она скорее умерла бы сама, чем позволила ему погибнуть. Но он этого не знал и Лора надеялась, что уловка сработает. И в то же время ей было страшно что из-за шантажа она навсегда потеряет его дружбу.
Он задумчиво покусывал губы и наконец повернулся к ней.
– Ты даже не представляешь насколько диковинных, – сказал он и на его лице расцвела привычная насмешливая улыбка. – Поехали, я покажу тебе город и обещаю, ты его не забудешь. – Он протянул ей руку и Лора охотно взялась за неё, чувствуя, как напряжение сковывающее тело уступает место облегчению.
Глава 2
Можно ли тосковать о том, чем никогда не обладала? Даже после года уроков с лучшими учителями королевства Лора не смогла бы найти ответа на этот вопрос, но теперь, когда карета герцога пересекла широкий каменный мост и въехала в земли леди Айрис – Вайсберг, она ощутила это. Невнятную, словно колышущийся утренний туман над осенними полями тоску, что поселилась чуть ниже желудка, беспредметную: тот, по кому она тосковала, никогда не принадлежал ей, – но от этого ничуть не менее томительную. Она медленно расползалась по телу, поднимаясь выше, заставляя Лору елозить по скамье, вертеться, одёргивать подол платья, накручивать на палец выбившуюся из прически прядь. В конце концов, герцог, сидевший напротив, не выдержал и спросил, что с ней происходит. Не зная, как ответить ему, Лора солгала, что от долгого сидения в карете у неё затекло тело, и Вольф предложил ей проехать часть пути верхом. Лора с радостью согласилась. Как только она уселась в седло, глаза сами начали выискивать среди всадников знакомый силуэт, а когда нашла – Дедрик ехал на Белохвосте в начале колонны, – ощутила, как горячо стало в груди и воспоминания об их вчерашнем приключении нахлынули неудержимо.
Рынок закручивает как водоворот, увлекает, утаскивает, мельтешит лоскутными платьями, и соломенными шляпами, пахнет специями, соленьями, кислым лошадиным потом, и от одуряющего шума, как от сладкого вина, кружится голова. Диди уверенно следует сквозь ряды зеленщиков, отмахиваясь от особо назойливых и Лора, как на привязи, бежит следом.
– Эй, девушка, купи анис, – кричат откуда-то сбоку. – Твой парень будет доволен. Поцелуи после него свежи, как дыхание Трамма!
Лора лишь на мгновение замирает, пытаясь увидеть этот самый анис, кто-то грубо толкает в плечо, от неожиданности она спотыкается и чуть не падает, но толпа подхватывает её и волочет в обратном направлении, прочь от Диди. Когда она выныривает из людского потока под аккомпанемент отборной брани – сенешаля и след простыл. Его неприметный синий кафтан растворяется в многолюдной рыночной реке. Лора растеряно крутит головой, встает на цыпочки и ощущает, как от страха сжимается желудок. Что она будет делать тут одна и без защиты? Паника затапливает, заставляет сердце колотиться сильнее и в этот момент кто-то хватает её за запястье.
– Эй, не отставай от меня, – хриплый голос над ухом и радужки цвета грозовых облаков прямо напротив её глаз. Рука Диди крепко сжимает её ладонь. Сухие шершавые пальцы, слишком горячие даже для него и во взгляде то, от чего ноги становиться ватными, а рот наполняется вязкой слюной.
– Идем скорее, я покажу тебе кое-что. – Он тянет её за собой, удерживая за руку словно ребенка, и Лора, стряхнув оторопь, приноравливается к его шагу.
Они минуют ряды зеленщиков, поворачивают в узкий проход, где невыносимо воняет отходами, но Лора почти не ощущает сладковатого запаха гниения – она словно укутана в терпком аромате, идущем от Дедрика.
На хлебных лотках Диди покупает тонкую горячую лепешку, восхитительно пахнущую свежевыпеченным кислым тестом, отламывает половину и протягивает ей.
-Попробуй, это очень вкусно.
Лора откусывает прямо на ходу и мычит от удовольствия. Видел бы её сейчас Вольф его невеста, ест хлеб руками и разве что не стонет от наслаждения. За время в замке герцог научил её хорошим манерам, но несмотря на его старания не смог сделать из неё гурмана, она по-прежнему любит простую еду земледельцев и терпеть не может заморские деликатесы. Словно прочтя её мысли Дедрик говорит:
-В замке такого не дают, да? – он подмигивает ей и откусывает здоровенный кусок от своей половинки хлеба, а потом что-то бубнит с набитым ртом, но Лора не разбирает ни слова и смеётся. Легкий искренний смех, она уж и забыла каково это, не думать о манерах…
Через лотки, заставленные ароматными пряниками и пирогами, Дедрик ведет её в дальний конец рынка, где в закрытых магазинчиках мужчины, облаченные в просторные платья, как носят жители южных земель, торгуют духами и благовониями. Тяжелые, почти осязаемые запахи витают в воздухе, щекочут ноздри. Лора довольно быстро теряет ориентацию, но Дедрик по-прежнему держит её за руку и ведет за собой, в один из магазинчиков. Пожилой продавец любезно наливает им красного чая и угощает сладостями, пока сенешаль придирчиво осматривает товар, разлитый в большие стеклянные емкости. Ароматные духи искрятся в солнечном свете, проникающем через стеклянные витрины: янтарные, рубиновые, малахитовые, почти прозрачные, как воды лесной реки Айа. Продавец говорит что-то на языке вибхрами и Диди смеется и отвечает ему, указывая рукой на большую емкость.
– Я бываю в Маркте нечасто, – объясняет он, повернувшись к Лоре, – Но каждый раз непременно захожу в эту лавку, чтобы пополнить запасы парфюмерного масла.
– Кому-то в подарок? – Лора переводит взгляд с сенешаля на торговца.
– Для себя, – Дедрик вынимает из-за шиворота подвешенный на кожаном шнурке небольшой флакончик и показывает Лоре.
– Можно посмотреть? – она осторожно протягивает руку, и Дедрик сняв флакончик, отдает ей. По форме он похож на сосуд для вина, с вытянутым горлышком и пузатым донышком, только в десятки раз меньше. Он закрыт пробкой, и Лора аккуратно подцепляет её ногтем и открывает. В нос ударяет знакомый запах, смолисто пряный, с теплыми перечными нотками и сладковатым ароматом ночных цветов. Так пахнет Дедрик, его кожа, руки, одежда…
– Он так… – она обрывает сама себя, понимая, что едва не произнесла слово «возбуждает».
– У кочевых народов мужчины каждый день натирают кожу душистыми маслами, чтобы отпугнуть насекомых и заглушить запах пота, – говорит он. – Конечно сейчас, когда я живу в замке, у меня нет такой необходимости, но некоторые привычки сложно искоренить, – он пожимает плечами, а потом добавляет с лукавой улыбкой: – К тому же это нравится женщинам.
Лора ощущает, как щеки заливает румянец смущения, и опускает взгляд.
Пока продавец отмеряет Дедрику масло, он подходит к Лоре почти вплотную и, коснувшись её плеча произносит:
– У вибхрами есть одна традиция: если юноше нравится девушка, он выбирает для неё аромат, который подчеркивает её природный запах и подносит возлюбленной. Если та принимает дар, то значит тоже испытывает к нему симпатию, и он может рассчитывать на скорый брак.
Лора поворачивает к нему голову и спрашивает:
– Ты тоже делал это?
– Нет, – Дедрик качает головой. – Я ушёл из общины до того, как созрел для женитьбы, – он усмехается. – А женщины королевства предпочитают другие подарки, да и жениться на них не обязательно, они итак рады прыгнуть к тебе в постель.
Она с замиранием сердца ждет, что он продолжит, скажет что-то вроде: «с тобой все иначе» и вручит ей небольшой флакон, но он молчит и, в конце концов, Лора отводит взгляд. Продавец как раз заканчивает наполнять стеклянный сосуд маслом, и плотно закупорив его крышкой, подносит Диди. Сенешаль кивает, что-то говорит торговцу на низком наречии и тот широко улыбается и, бросив на Лору взгляд, снова скрывается среди рядов колб и склянок.
– Хотя у меня в племени была девочка, которой я непременно поднес бы дар, если бы остался жить в семье отца, – говорит Диди задумчиво, – её звали Каула, четвертая дочь моей двоюродной тетки. У Каулы были крепкие ноги, и звонкий смех, от которого тут, – он касается рукой центра груди. – Что-то словно замирало. Мне было двенадцать, а ей девять, но я уже тогда ощущал её женские чары.
Лора пристально глядит на Дедрика, впервые он заговорил о своем прошлом.
-Что с ней стало? – спрашивает она.
– Когда к ней пришла первая заря, она вышла замуж за моего сводного брата, у них уже трое детей, – он поводит плечами. – Тхэн хороший парень, их брак удачен.
-Первая заря? – Лора хмурится.
-Мы так называем женские кровотечения, – отвечает он, и Лора снова густо краснеет, ощущая себя полной дурой. Как можно было не догадаться?
К её радости возвращается продавец, он вручает Дедрику какой-то сверток продолговатой формы, не развернув бумагу сложно понять, что внутри. Диди убирает его в карман кафтана и, вынув из мешочка на поясе несколько серебряных монет, расплачивается со стариком. Видимо щедро, потому что тот низко кланяется и несколько раз повторяет одну и ту же фразу на вибхрами. Он распахивает перед ними двери и когда Дедрик проходит мимо говорит на языке королевства:
-Спасибо тебе Кхарак за твою щедрость и верность традициям. Твой достопочтимый отец гордился бы тобой и твоим выбором!
Диди молча склоняет голову, но Лора успевает заметить выражение его глаз. Сенешаль в ярости.