Но, почти сразу опомнившись, Снежка снова смущенно отстранилась:
– Прости… Я слишком надоедаю тебе своими проблемами… – но, заметив в его глазах игривые смешинки, она, еще больше смутившись, запинаясь добавила: – Извини… Я не хотела тебя обидеть… Я не понимаю, что со мной… – Ее мысли предательски путались, никак не желая ладить друг с другом.
«Ну сколько можно!»
– Может, чаю? Тебе надо немного успокоиться, – как обычно, вежливо поинтересовался Максим и, не дожидаясь ответа, потянулся к кнопке вызова секретарши.
– Нет! Не надо! – Снежка быстро схватила его за руку. – Нет… – уже шепотом добавила она, и ее глаза невольно закрылись. – Я хочу… – Голова отчего-то сильно кружилась, охватившая тело слабость мешала сосредоточиться…
Но она чувствовала, как, уже теряющую сознание, Максим подхватил ее в свои объятья.
«Какая же я дура… Ну и пусть…»
Владу безумно нравилась Валерка. Он вообще балдел от всего того, что она делала.
Но ей было семнадцать!
И когда вчера она появилась у него на пороге поздно вечером, он и представить себе не мог, что ее присутствие окажется для него такой пыткой.
Вначале он даже обрадовался, хотя его всё же очень сильно беспокоило, как ко всему этому отнесется ее мать.
Снежанна… Такая элегантная. Всегда благоухающая какими-то совершенно невероятными ароматами. И строгая… От одного только взгляда этой женщины Влада бросало в дрожь.
Но Валерка была такой расстроенной, что ему ничего не оставалось, как предложить ей остаться. Но только на одну ночь… Или на две… Не больше!
Хотя было очень похоже, что домой она вообще не собиралась:
– Мама меня совершенно не понимает, – уныло сообщила она. – Еще немного – и меня упекут в какой-нибудь монастырь! И это из-за одного только моего нежелания отказаться от конкурса! Можно, я немного поживу у тебя?
– Конечно. Сколько захочешь, – уверенно ответил Влад, хотя вовсе не был в этом уверен.
…Конечно, он хотел. И очень много… Но ни на что не имел права.
До знакомства с ней Влад имел дело только со взрослыми дамами. Да, именно дамами. Но теперь всё это было в прошлом. Все его бесконечные романчики закончились в тот день, когда он встретил Валерку.
С тех пор всё свое время он проводил только с ней.
А ведь еще были желания.
Жизнь иронична…
Приходилось признать.
И вот сегодня они были так близко… И эта однокомнатная квартира вдруг оказалась слишком крохотной для такой взрывной парочки, как они.
А наличие всего лишь одного-единственного дивана наводило на размышления…
Но выбора всё равно не было.
И, ложась спать, Влад себе клятвенно пообещал, что будет благоразумен.
Но, лежа рядом с Валеркой и напряженно вслушиваясь в полночную тишину, он понимал, что она тоже не спит.
«Это безумие, и этого делать нельзя», – твердил он себе, из последних сил стараясь не выдать своего желания.
В конце концов Валерка – видимо, здорово разозлившись, – демонстративно отвернулась к стене и уснула.
Влад же до самого рассвета так и не смог сомкнуть глаз.
Но наконец-то наставшее утро оказалось еще хуже ночи.
Не успев проснуться, Валерка тут же надулась и всем своим видом старательно действовала ему на нервы.
Но даже после этого юноша проявил завидную стойкость.
Быстро одевшись и молча положив перед ней вторые ключи, поспешно ушел: ему предстоял долгий, полный беспокойных событий день агента службы госбезопасности.
Проводив Снежанну домой, Максим направился в свою тихую холостяцкую квартиру.
Его мысли сейчас были так далеки от реальности, что, наплевав на все встречи, назначенные на вторую половину дня, он решил побыть в одиночестве.
Доверившись холодному душу, он минут двадцать простоял под его спасительными струями.
Но сегодня вода не спасала.
При одном только воспоминании о Снежанне каждая мышца его тела снова начинала изнывать от неукротимого желания наслаждаться этой женщиной бесконечно…
…Она отдалась ему прямо на полу – среди беспорядочно рассыпавшихся бумаг и скрепок… И, потеряв счет времени, они наконец-то занялись любовью… Не замечая ничего вокруг, словно того, что было вне их сознания, не существовало.
Произошедшее между ними напоминало юношеское сумасшествие – они вели себя так, будто до этого дня ни один из них и не подозревал о том, что на белом свете существует такое чудо, как секс.
И когда, наконец, они замерли в объятьях друг друга, Максим нежно прошептал:
– Я люблю тебя… Это невероятно, но я люблю тебя…
Снежкины щёки покрылись ярким румянцем, и она застенчиво ткнулась носом в его волосатую грудь, благодарно целуя губами щекочущие волоски.
Боже! Как в тот миг он хотел ее снова!
Но нужно было тормознуть – чтобы Снежка вдруг не решила, что совершила ошибку.
«Женщины… Никогда не угадаешь, что у них в голове. Особенно у этой…»
Снежанна проснулась около шести утра, обнаружив себя лежащей прямо в рабочем костюме на жестком диване, возле раскрытого настежь окна, через которое сердитый утренний ветер задувал холодные капли дождя.
«Похоже, погода снова испортилась…» – промелькнуло у нее в голове, и, сбросив с себя окончательно потерявшую вид одежду и закутавшись в теплый махровый халат, она принялась варить кофе. И на всякий случай включила TV – надо же знать, что творится в этом безумном мире.
Но мысли ее были так далеки от криминальных сводок и курса рубля, что она даже не слышала голоса диктора – так что-то маячило где-то там на экране.