– Нет, конечно! Таких, как вы, в Ленинграде уйма. Если по отдельности селить, то никаких мест не напасешься. Но вы не переживайте! У нас за много лет опыт приема детей большой, конфликтов никогда не было. И группы, всё же живут отдельно друг от друга, а вот мальчики – девочки одной группы проживают рядом. Время приема пищи тоже расписано так, чтобы дети практически не пересекались.
Автобус остановился у большого четырехэтажного здания, внешне похожего на обычную школу, только очень большую. Такие, ребята не видели никогда. Уже, когда поселились, они разобрались, что центральная часть здания представляла собой обычную школу, а вот два больших крыла – это жилые помещения, где были спальные комнаты, учебная комната, игровая и место, где можно посидеть в уютном кресле или на диване и почитать книгу. Там даже телевизор стоял. На двери было написано «Библиотека».
Группу встретила в интернате заведующая. Она показала место проживания, рассказала где туалетные комнаты, душевые, распорядок дня, установленный в интернате, и проход в столовую
– Вы приехали очень удачно. Мы вас даже сможем сейчас покормить завтраком. Вы сегодня будете после всех, а вообще ваше время с завтрашнего дня 9-30. Я выдам Вам всё в письменном виде, обратилась она к Степановой. Там будет указан «подъём», «завтрак», «обед», «ужин», «отбой». Всё остальное ваше время мы не регламентируем. Более того, дозволяются отклонения от распорядка, но для этого всё-таки меня или дежурного педагога необходимо предупредить заранее.
Кровати у детей застелены. Вам сейчас необходимо принять имущество: постели, стулья, тумбочки, а убывая, вы мне их сдадите. Приступайте. Я ожидаю вас у себя в кабинете. Она отдала в руки Светланы Степановны два бланка реестров с перечнем оборудования. Там надо было проставить в каждой графе общее количество в девичьей и ребячей спальнях.
Ребята и девчата распределились по местам, проверили наличие спальных принадлежностей, всё вписали в реестры и передали заведующей.
После завтрака на доске объявлений увидели список предлагаемых экскурсий:
– Революционное прошлое Ленинграда,
– По Ленинским местам,
– Ленинград – город боевой славы,
– По Пушкинским местам,
– Достоевский в Санкт-Петербурге,
– Пушкин, Пушкин, Пушкин,
– Лермонтов и свет,
– Гоголь – обличитель своего времени.
Экскурсионные поездки в Царское Село, в Петергоф, Ораниенбаум,
Гатчину и ещё многое – многое. Везде стояли номера телефонов для заказа экскурсии, стоимость на одного человека, время начала экскурсий и окончания.
А ещё на отдельном столике стоял обыкновенный телефонный аппарат, буклеты каждой экскурсии, стаканчик с карандашами и листки писчей бумаги.
– Что же, очень удобно, всё продумано! Молодцы, – сказала, обернувшись на Дмитрия Дмитриевича, Степанова и тут же нахмурилась, поскольку её дочка снова оказалась рядом с Егоровым.
– Светлана Степановна,– обратился к ней Ершов. Я думаю, что для начала надо заказать экскурсии первые три. Нас повозят по городу, покажут места, связанные с революцией, где жил и работал В. И. Ленин, где проходила линия фронта, как трудился и оборонялся город. А самое главное, что при этом мы «убьём» ещё одного зайца – мы поколесим по городу и посмотрим его архитектуру. Дальше мы распланируем поездки по местам жизни писателей и поэтом и с выездом из города. Вы со мной согласны?
– Я вижу в этом рациональное зерно.
Да! Тяжела ты жизнь экскурсанта!
Сразу после завтрака группа поехала смотреть революционное прошлое Ленинграда. В городе трех революций есть, конечно, что посмотреть. Начали с восстания декабристов. Рассказ и демонстрация материалов о Рылееве, Муравьеве-Апостоле, Пущине… Сенатская площадь…
Буржуазная революция: вольнодумство интеллигенции и дворянства, тайные кружки, крестный ход, организованный попом Гапоном…
И, наконец, социалистическая революция: Кировский завод, Финляндский вокзал, Смольный институт, Зимний дворец, посещение крейсера «Аврора», оборона молодой советской республики…
Обед был организованно сорван. Перекусывали кто чем мог прямо во время экскурсий.
Вернулись назад почти в шесть вечера. Голова трещала от объема информации: что запомнилось из всего дня – что не запомнилось, никого уже не интересовало, хотя учительница постоянно твердила ребятам:
– Смотрите, слушайте, запоминайте!
В семь вечера поужинали и легли на кроватях, высоко вверх задрав свои ноги.
Светлана Степановна, обутая в домашние тапочки подошла в мужской спальной и вызвала Ершова.
– Пройдемте в библиотеку, поговорим.
В библиотеке Степанова сказала без обиняков:
– Еще один день такой экскурсии и я вообще не смогу ходить. Вы сам как?
– Я-то натренирован, и ходил по городу в спортивной обуви, но даже я сильно устал. А Вы что предлагаете?
– Мне кажется, нужен перерыв.
– Я бы с Вами согласился, но я думаю, что день перерыва нам обойдется ещё труднее. Ребята ведь за ночь отдохнут, наберутся сил и, если мы их оставим здесь, то они от безделья всё разнесут. А мы будем весь день за ними бегать и ловить кого за руку, кого за ногу, кого за пояс.
– Тоже верно!
– Предлагаю, Вам завтра отдохнуть, а с ребятами поеду я. Меня они слушаются, думаю, я справлюсь с ними.
– Если Вы так поступите, я Вам буду безмерно благодарна…
Она замолчала на несколько секунд, а потом резко спросила:
– Дмитрий Дмитриевич! А что у Вас с моей дочерью?
– Что Вы, что Вы, Светлана Степановна! Ничего нет и быть не может. Я
никогда не обижу девочку. Я её просто опекаю. Вы чаще меня заняты, вот я и присматриваю, чтобы не потерялась.
– Хорошо, если это так. Не обижайтесь. Вы же понимаете, я мать и переживаю, чтобы девочка, чего доброго, не увлеклась. Забудем разговор.
– Забудем, Светлана Степановна, на время забудем, а лет через пять, может быть, и вернемся к нему.
– То есть, что Вы хотите этим сказать?
– Только то, что эти пять лет она будет находиться под моим бдительным контролем, а дальше, как жизнь распорядится.
– Но Вы же старше её аж на пять лет!
– Сейчас АЖ на пять, а потом будет ВСЕГО на пять. Но повторю. Я время торопить не буду и никогда девочку не обижу.
Они разошлись, а Светлана Степановна продолжала обдумывать весь разговор.