Он определенно умеет доставлять людям дискомфорт!
– Ну, вот мы и прибыли, – медленно произнес он.
Минуя недлинный коридор, мы очутились перед автоматическими дверями, которые пропустили нас в просторную лабораторию: она была заполненa людьми в синих передниках и хирургических масках.
– Привет, Адам, ты можешь заняться этим бравым парнем? – спросил доктор, обращаясь к неуклюжему молодому человеку.
Тот взглянул удивленно, но тут же подошел к нам:
– О, конечно, доктор Анохин!
– Я заберу его после фотограмметрии[18 - Фотограмметрия – расширенный метод фотографии для изучения и измерения физического изображения.]. Пожалуйста, сделайте все побыстрее, – уже на выходе отдал распоряжения профессор.
– Конечно, все сделаем, не волнуйтесь, – заверил Адам.
Из-за маски было трудно разглядеть черты его лица, кроме карих глаз и загорелого лба. Прядь черных вьющихся волос выбилась из-под медицинской шапочки.
– Так вы и есть наш новый пациент? Добро пожаловать! Я Адам, – дружелюбно представился он.
– Спасибо! Я Виктор.
– Хорошо, Виктор, начнем с некоторых базовых проверок. Они должны быть вам знакомы и, вероятно, ничем не будут отличаться от тех, что делал ваш доктор, но только с применением других датчиков. Если вы почувствуете себя некомфортно, сообщите кому-нибудь из нас, хорошо?
– Пойдет, – кивнул я. Но заметив, как профессионально и спокойно работала команда, я сомневался, что это потребуется.
– Хм… Давайте сначала побреем вас, иначе, боюсь, датчики не будут работать, – пробормотал он, осматривая кожу моей головы.
Адам подошел к ряду серых алюминиевых шкафов и, порывшись на полках, достал электробритву.
– Антон, принеси мне C2-ки и B9-ки! – крикнул он коллеге.
– Без проблем, помощь нужна?
– Сначала его надо побрить.
Холодный металл лезвий с громким жужжанием скользил по моей голове. Спереди назад, из стороны в сторону; пряди моих темно-пепельных волос падали обиженными пучками на пол.
– Вот и все, готово!
Адам начал подсоединять датчики: на каждый висок – по синему, еще по два – на ушах. Дюжина красных покрыла мою голову и шею вдоль позвоночника и еще столько же – на руках и ногах.
– Адам, а какой смысл проверять мои ноги? – спросил я.
– Просто проверяю, есть ли еще какие-нибудь нервные сигналы. Кажется, все подключено. Ну что, начнем?
Получив нужные данные, он перевез меня в небольшую комнату, окрашенную в зеленый цвет, с наглухо зашторенным окном. Все небольшое пространство было заполнено огромным количеством фотокамер разных размеров, и только в центре стояли стол с одиноким стулом. Среди аппаратуры я заметил сотрудницу, занятую настройкой объективов.
– Привет! И для чего вся эта аппаратура?
– Привет! Я буду анализировать ваши черепные структуры, – объяснила она, регулируя апертуру[19 - Апертура камеры представляет собой отверстие, через которое проходит свет.] самой большой камеры. – Собранные данные мы будем использовать для наращивания мягких тканей на суррогате после того, как правильно воспроизведем ваши черты лица. Вы же не хотите ходить с механической головой?
– У вас будет изумительная кожа! – мужской голос донесся из-за открытой двери соседнего помещения. – Я провел уйму опытов, придумывая и совершенствуя идеальный феррофлюид, чтобы придать синтетической коже эластичность и увлажнение. Какая же это была морока! Теперь она и выглядит и на ощупь как настоящая!
– Прекращай хвастаться, Роберт! Мы все знаем, какую потрясающую работу ты проделал в поисках безупречной кожи!
Безымянная коллега Адама продолжала отвечать невидимому Роберту и одновременно передала мне каталог фотографий. Я пролистал страницы: лица людей… Все они имели чрезвычайно глупые выражения.
– Каждый раз, когда вы увидите мигание красного света, вы должны имитировать выражения по указанной здесь последовательности. – Она указала на список. – Пожалуйста, начните с номера один.
Я следовал ее указаниям, но это было нелепым занятием – в течение получаса корчить странные рожи при полном отсутствии звука.
– Отлично, мы почти закончили, – бодро прозвучал голос по интеркому.
– Можете повторить №1, №3 и №93?
Я высунул язык.
– Замечательно, откройте рот пошире, вот так, очень хорошо!
Вскоре после завершения этого необычного теста появился доктор Анохин.
– Ну, как успехи?
– Только что завершила фотограмметрию, – ответила женщина.
– Отлично, отлично! Я забираю его. Мы направляемся к мосту, а вы передайте результаты робототехникам, – проинструктировал он, прежде чем повернуться ко мне.
– Как вы?
– Спасибо. У меня все хорошо…
– Тогда давайте перейдем от хорошего к великолепному! – предложил доктор.
Когда мы направились, как я понял, к конечному пункту – мосту, где должен был произойти сам процесс трансплантации, было заметно, что он пребывал в отличном настроении.
Я был просто потрясен, с какой скоростью и эффективностью все здесь происходит!
Я боялся, что они потратят как минимум полмесяца на подготовку и тесты, но оказалось, львиную долю работы они сделали еще до моего прибытия.
– Большая часть ваших данных была у нас до вашего прибытия, поэтому сейчас мы просто все перепроверяем, – вспомнились слова Адама…
Скоро, очень скоро я снова смогу ходить и стану сильнее, быстрее, энергичнее.
Впереди меня ожидали технологические инновации и чудеса медицины; каждый шаг, пусть еще на коляске, пo длинным коридорам и лабораториям возвращал мне утраченную веру.
Я часто думал о том, родился ли я в нужном месте и в нужное время. Ведь каждый задумывается над этим хоть раз в жизни. Из-за музыкальных пристрастий, или из-за тоски по давно минувшим временам, где ты был точно свой, а теперь как будто нет, или из-за изобретений, которые сулит завтрашний день, и тебе не терпится его приблизить.
Сегодняя не поздно и не рано, а как раз вовремя! Пунктуальный комок нервов.