– Не знаем.
– Как не знаете? А если с ней что-то случилось?
– Ничего не случилось. Она, когда уходила, сказала, чтобы не волновались, что она пока поживет в другом месте. В каком, не сказала.
Девчонки смотрели на него с любопытством, и Дима не стал больше ничего спрашивать. Куда она могла уйти? Родственников у неё, судя по всему, здесь нет. В душе снова возникло раздражение: «Ну-ну, спрятаться она решила. Чтобы я не нашёл. Ну и не буду искать!»
Но на следующий день, выкроив время, подошёл к институту, чтобы встретить Катю, идущую на занятия. Уж занятия она, если всё в порядке, не пропустит. Однако Кати не было. Дмитрий подумал, что мог пропустить её. На следующий день он пришёл в разгар лекций, нашёл по расписанию аудиторию, но девушки на занятиях не было. Встревоженный не на шутку, Дмитрий пошёл в деканат, на ходу придумав, что он брат Кати, который здесь проездом и вот не может её найти. Про брата, скорее всего, не поверили, но сообщили, что студентка Назарова досрочно сдала сессию и взяла свободное посещение.
– И где она сейчас? – глупо спросил Дима.
– Этого мы не знаем, – вежливо ответила секретарь, и ему ничего не оставалось, кроме как уйти.
Оставалось только одно, и Дима вечером отправился искать Ольгу. Он встретил её у выхода из читального зала
– Оль, где Катя?
– Уехала, – не глядя на него, бросила Ольга.
– Куда?
– А тебе зачем?
Дима опешил. Ольга подняла на него глаза, и он чуть не отшатнулся, увидев её враждебный взгляд.
– Оль, ты чего?
– Ничего, – отвела взгляд Ольга.– Тебе она нужна?
– Конечно.
– Зачем?
– Что значит, зачем? Ольга, где Катя?
– Катя уехала.
– Да что ты заладила, – возмутился Дима. – Ты мне скажи, куда она уехала. Да и почему вообще она вдруг уехала?
– Куда уехала, не скажу, – и, предваряя уже готовое сорваться с губ возмущенное восклицание, продолжила: – Она велела тебе не говорить, и я не скажу. А почему уехала – тебе видней.
Ольга снова посмотрела на него неприязненно и пошла. А Дима остался стоять. Итак, Катя решила его наказать. Ладно. Посмотрим ещё, кто кого.
Он приказал себе выбросить Катю из головы и занялся работой. Правда, через некоторое время попытался добыть сведения, действуя через Костика. Но ничего не получилось. Ольга ему ничего не сказала. Костик возмущался, что они даже чуть не поругались. Ольга вышла из себя, обзывала его, то есть Диму разными словами (Костик дипломатично умолчал, какими именно). Кричала, что раз Дима такой, раз он променял Катю на какую–то там…, то ей он тоже не нужен. И правильно! Если бы Ольга узнала, что Костик ей изменил, она бы тоже его бросила. На этом месте они начали выяснять уже свои отношения. Потому что Костик оскорбился, что она его не любит, раз может бросить. А Ольга доказывала, что, если человек может спать с другой, значит, он её точно не любит. Короче, они поругались. Потом, правда, помирились.
Дмитрий выслушал всё это молча и молча кивнул. Ну что ж. Раз она может обойтись без него, он тоже сможет. С тех пор эта тема была закрыта.
И закрыта она была уже почти восемь лет. За это время многое изменилось. Костя с Ольгой после окончания института поженились. Потом у них родилась Лиза, родительская любимица и Димина крестница. Дмитрий с Константином продолжали дружить. С Ольгой отношения тоже были неплохие, хотя некий холодок присутствовал. Дима понимал, что Катю она ему не простила, но ни он, ни она, словно по уговору, никогда этой темы не касались.
Дима сначала работал в той же конторе, потом решил попробовать открыть свой бизнес. Уговорил перейти к нему Костика. Вкалывали, как говорится, без сна и отдыха. Дима забросил всё, знал только работу. Костику надо было кормить семью, тем более, Ольга ушла в декрет. Оба были молоды, умны, энергичны, друг другу полностью доверяли. Потихоньку появились первые успехи, фирма стала на ноги, потом начала расти, расширяться. И вот теперь в свои тридцать два года Дмитрий Хабаров – хозяин крупной строительной компании, состоятельный и состоявшийся. А Константин в этой компании юрист. У Константина Ольга и Лиза. А у Дмитрия друг Константин, приятели, партнёры по бизнесу, череда подружек. Просторная, прекрасно обставленная квартира. И полное одиночество в личной жизни. Про Катю он не вспоминал. Был, правда, один момент. Где-то через полгода после их расставания Диме приснился странный сон. Как будто Катя зовёт его на помощь. Он долго продирался через какие-то дебри, спеша на её голос, и наконец выбрался на берег вроде как моря или озера, ярко-синего, красивого, в котором тонула Катя. Он бросился к ней на помощь, и тут оказалось, что в море или озере не вода, а какая-то трясина, как в болоте, густая, вязкая. Он долго не мог добраться до Кати, потому что, как это бывает во сне, руки-ноги не слушались. А она погружалась в эту странную жижу и уже не кричала, а только тихонечко повторяла: «Дима…Дима…!» Ему было очень страшно, что сейчас эта вязкая гадость поглотит Катю прямо у него на глазах, и он изо всех сил продолжал пробиваться сквозь толщу трясины. Наконец добрался до Кати, но оказалось, что вытащить её на берег тяжелее вдвойне. Дима старался изо всех сил, но трясина была словно резиновая и не хотела выпускать свою жертву. Дима обессилевал, останавливался передохнуть и снова начинал бороться с проклятой жижей. У Кати сил совсем не осталось, и Дима чувствовал, что, если он хоть на секунду её выпустит, она тут же скроется в трясине. Это продолжалось бесконечно долго. И вдруг совершенно неожиданно в какой-то момент они с Катей оказались на берегу. Она просто бессильно лежала, а Дима чувствовал, что у него всё дрожит от неимоверных усилий. Он валялся на песке и никак не мог отдышаться. Катя вдруг открыла глаза, посмотрела на него с нежностью и сказала: «Спасибо, Дима! Ты меня спас». И снова закрыла.
И тут он проснулся. Весь потный, уставший, как будто не во сне, а на самом деле тащил и спасал. Он встал, попил воды, недоумённо покрутил головой. Что это было? Вытерся полотенцем, лёг и заснул, как провалился, как будто действительно очень устал. Утром чуть не проспал, но встал в прекрасном настроении, с ощущением, что произошло что-то очень хорошее. «Ах, да! – возникло в голове, – я же спас Катю». Господи, ну надо же! Это же сон. Какой, однако, странный сон!
Больше Катя ему не снилась. И он про неё не вспоминал. Почти. Запрятав воспоминания в самые дальние уголки.
А теперь всё вылезло, и Дмитрий решил, что непременно узнает, где Катя, как у неё всё сложилось. Просто так узнает. Чтобы больше не думать.
Зазвенел будильник, и Катя привычно схватила его, не открывая глаз, засунула под подушку, чтобы звонок не разбудил Ромика. Процедура эта повторялась каждое утро. Будильник был старый, трезвонил очень громко и не отключался никак. Единственный способ сделать звук потише – засунуть его куда-нибудь или вынести в кухню или ванную. Но подхватываться и бежать каждое утро! Поэтому оставалось – под подушку.
Вставать не хотелось – ночь получилась почти бессонная, заснула она под утро и теперь не могла разлепить глаз. Растревожил сынишка: снова пристал с письмом в передачу «Жди меня». Он говорил, что уже умеет писать и сам сможет написать письмо, только вот нет адреса. А адрес ты, мама, обещала достать. Катя уговаривала его подождать ещё немного, и под конец они почти поссорились. Пришлось клятвенно пообещать заняться поисками адреса телепередачи. А вечером позвонила Ольга. В этом ничего необычного не было: они созванивались примерно раз в две недели. Но в этот раз, обменявшись новостями, Ольга начала странно мяться:
– Кать…
– Что?
– Димка у Костика про тебя спрашивал?
– Что?!
Ольга промолчала. Она понимала, что Катя её услышала, просто надо осознать информацию.
– Что спрашивал?
– Ну, спрашивал, где, мол, Катя. Не знает ли Костик.
– И что Костик?
– Сказал, не знает. А вечером пристал ко мне, что пора сказать.
В трубке повисло молчание.
– Кать, – осторожно позвала Ольга.
– Что?
– Ты не думаешь, что пора?
– Наверно. Ко мне сегодня опять Ромик пристал с письмом в «Жди меня».
– А ты что?
– Ничего. Пообещала вплотную заняться поисками адреса.
– Понятно. Ну так что будем делать?
– Ничего. Пока ничего. Подождём ещё чуть–чуть. Я подумаю и решу.
– Ох–ох–ох. Ну, решай–решай, – протянула Ольга.