Хриплое ворчание пса вполне можно было издали принять за мужской голос. Эх, Вася, Вася!
– Красавец какой! – искренне восхитилась я.
Моё замечание не осталось без ответа. Чёрное существо переключилось на меня, и мне стоило огромных усилий удержаться на ногах – Арнольд оказался настойчивым малым.
– Фу, Арчи! Уронишь гостью!
– Ничего… – я потрепала мохнатый загривок. – Хороший пёс, хороший! Прямо человек, а не пёс.
– Человек и есть, – женщина улыбнулась. – Такой умница, вы не представляете! Правда в любовных делах, как и многие мужчины, дурашка. Знаете, нам вчера для него невесту привели…
Пёс при этих словах неожиданно и очень громко тявкнул, даже с каким-то укором, как мне показалось.
– Вот-вот, я и говорю, – хозяйка рассмеялась. – Красотка, конечно, но характер оставляет желать лучшего. А зачем нам легкомысленное потомство, правильно?
– Не знаю, – улыбнулась я. – Я в таких делах не очень-то понимаю. Вот моя сестра…
– Собачница?
– Ещё какая! У нас на даче целая банда этих вот хулиганов, а ей всё мало.
– Вы, наверное, из Москвы?
– Да. Это тоже заметно? По акценту, наверное?
– Акцента, кстати, у вас особенного нет, я бы сразу услышала. Или вы из понаехавших, или профессия ваша связана со словом…
– Скорее первое, но точно не второе.
– А почему скорее? Вы в этом не уверены?
– Ну… – я пожала плечами. Не очень-то я любила на эту тему говорить. – Мои родители детдомовские…
– А-а-а… Простите, если я оказалась нетактична.
– Это вы меня простите! – я кивнула на пса.
Мы улыбнулись друг другу понимающе.
– Что ж, не буду вас больше задерживать! – женщина ухватилась за ошейник. – Идём, Арчи. Хорошей вам прогулки!
– И вам!
Я смотрела им вслед, невольно любуясь статью своей недавней собеседницы. Было в её облике что-то такое, что внушало уважение и даже робость.
Спустя минуту побрела и я, но в противоположную сторону. Путь мой был не близок…
Глава 4
– Милостивый… – произнесла я вслух. – Вот так фамилия!
– Не ждите милости от природы, взять их у неё – наша задача!
Я резко обернулась, не ожидав услышать позади себя чей-то голос. Мне щербато улыбался мужичок весьма потрёпанного вида, в одежде явно с чужого плеча и кроссовках на босу ногу. Как ему удалось так бесшумно подкрасться – удивительно!
– Господин Милостивый и берёт, не сомневайтесь! – весело договорил он, подмигнув мне.
Я сделала шаг назад.
– Вы с ним знакомы? – поинтересовалась осторожно.
– Боже меня упаси! – замахал руками незнакомец. – Убереги нас, господь, от милости власти!
– Почему… власти? – не поняла я.
– Вот и мне тоже интересно, почему? Доколе нами будут править пресыщенные торгаши, которым дела нет до нужд народа? – в голосе мужичка появились плаксивые нотки.
Кажется, судьба столкнула меня с городским сумасшедшим. Как бы побыстрее прекратить разговор…
– Говорят, у него, – странный тип перешёл на шёпот, – по двору павлины гуляют! Представляете?
– А что тут такого? Пусть гуляют. Возможно, они его вдохновляют…
– Его? – хихикнул мужичок. – Ну вы, барышня, сказанули! Да он их разводит! А потом загоняет по спекулятивной цене!
– Наверное, одним творчеством не проживёшь… – разговор приобретал какие-то абсурдные нотки. – Занятия скульптурой – дело недешёвое, я думаю.
– Скульптура? А при чём тут скульптура?
– Вы правы, ни при чём, – быстро кивнула я. – Извините, я тороплюсь.
И, почти бегом, я направилась к мосту, злясь на себя – зачем вообще надо было вступать в разговор с этим туземцем? В случае чего, даже заступиться за меня некому, ни одного человека поблизости.
– Постойте, барышня!
Услышав за собой шаги, я увеличила скорость. Но настырный мужик не отставал.
– Да стойте же, ненормальная!
Я резко остановилась, решив встретить опасность лицом к лицу.
– Кажется, ненормальный тут кто-то другой! – мой тон не сулил незнакомцу ничего хорошего.
– А мне кажется, что между нами возникло непонимание… – он осклабился.
– Да куда уж понятнее! – я сжала кулаки, решив без боя не сдаваться.
– Точно ненормальная! – он отступил назад, видимо испугавшись моего воинственного вида. – Москвичка, небось!