– За мной? – удивилась я. – Простите, а вы…
– Меня зовут Владимир. И у меня для вас, к сожалению, не очень хорошие новости.
– Что случилось? – испугалась я. – С Машкой что-то?
– Нет-нет! Ваш жених…
– Захар? – ахнула я. – Он… он… жив?
– Что вы такое говорите! Конечно! Но у него возникли кое-какие проблемы, Дарья Александровна. Позвольте, я вас сейчас всё объясню. Я работаю в его команде…
– Но я вас никогда прежде не видела!
– Да, меня недавно перевели, – лёгкая улыбка тронула его губы. – Дарья Александровна, вы ведь в курсе, что вашего Захара обвиняют в…
– Он ни в чём не виноват! – пылко воскликнула я. – Я это точно знаю!
– Ну конечно, не виноват! – с убеждённостью в голосе сказал он. – Это на самом деле несчастный случай, мы в этом даже не сомневаемся, и доказательства вскоре найдутся, я уверен. Дело в другом, Дарья Александровна. Понимаете, на вашего жениха всё случившееся подействовало неприятным образом…
Он замялся. Я схватила его за руку.
– Говорите же, а то я сейчас умру от волнения!
– Дело в том, что Захар… в общем, он запил.
– Что??
– Разве раньше с ним такого не бывало?
– Никогда! Он вообще не пьёт, понимаете? Даже на праздники!
– Может быть, потому и не пьёт, что… – он выразительно замолчал.
– Я… я не знаю, – я помотала головой. – Нет, не может быть…
– Дарья Александровна…
– Можно просто Даша, – тихо сказала я.
– Даша, ему нужна ваша помощь! – твёрдо произнёс мужчина. – Ни мы, ни даже его брат справиться с ним не в состоянии. Вот мы с ребятами и решили: потихоньку, в тайне от Захара, съездить за вами. Понимаете, если его не привести в чувство, дело может закончиться очень плохо. Боюсь даже, тюрьмой. Ведь когда у человека нет желания бороться за свою судьбу…
– Едем, Владимир!
Я решительно перекинула через плечо сумку и без раздумий направилась к лодке…
Когда мы отдалились от берега на достаточное расстояние, я спохватилась.
– Нужно ведь Машке позвонить! Попрошу, чтобы она вещи мои собрала и вообще…
Но совершить задуманное мне не удалось. Именно в тот момент, когда я уже набирала Машкин номер, нас настигла волна, мой спутник замешкался, нелепо взмахнул вёслами, я отпрянула от накренившегося бортика и выронила из рук трубку.
– Мой телефон!
С тихим плеском мобильник погрузился в глубокую тёмную воду.
– Вот незадача! – расстроился Владимир. – Но вы не переживайте, Егор уже наверняка обо всём сообщил вашей сестре.
– Правда? – я немного успокоилась.
– Конечно! К тому же за вещами нам всё равно не успеть, Даша, самолёт через два часа.
– Через два часа? А как же билеты?
– А что билеты? – не сразу понял он. – А, вы имеете в виду, как мы взяли билет без вашего паспорта? Ну, это проще простого сделать, Дашенька. Об этом даже не думайте.
Он замолчал, продолжая размеренно грести, взгляд его направился к показавшейся вдалеке лодочной станции. Я ничего не поняла из его объяснений, но переспрашивать не стала. Раз человек говорит, что билеты уже на руках, с чего бы мне сомневаться?
К берегу мы подплыли на всех парусах, ветер подгонял нас в спину, будто беспокоясь о том, чтобы мы никуда не опоздали. Точными, выверенными движениями Владимир пришвартовал лодку, помог мне выбраться, расплатился с тучной тёткой в тельняшке – вид у неё был весьма неопрятным, – и, подхватив меня под руку, направился к соседнему переулку. Там нас ждала машина.
– Владимир, может быть мы всё-таки успеем заехать за вещами? У меня ведь с собой даже кофты тёплой нет! А в горах сейчас наверняка прохладно.
– Даша, следующий самолёт только завтра. Конечно, если вы считаете, что один день ничего не решает…
– Нет-нет, поехали в аэропорт!
О чём я переживаю! Захар в беде, а я о какой-то ерунде думаю!
Дорога наша прошла в молчании. Я погрузилась в переживания, Владимир тоже думал о чём-то своём. Мы остановились только дважды: в первый раз с заездом на заправку, и ещё мне удалось забежать в маленький придорожный магазин. Моего любимого сыра, конечно, там не оказалось, но зато я купила Захару бутылочку воды. Он у меня гурман, признаёт только артезианскую воду, просто помешан на ней…
Самолёт оказался частный. Я, правда, не сразу это поняла, думала, что просто такой тип воздушного судна – компактный и небольшой. И то, что добрались мы до него в одиночестве, а не в группе будущих попутчиков, меня тоже не особо смутило – наверное, все уже сидят на своих местах, ожидая только опаздывающих. То есть нас. Стюардесса, правда, у трапа нас встретила. Но билеты почему-то проверять не стала. Улыбнулась только профессионально-вежливой улыбкой, дождалась, когда мы достигнем последней ступеньки, и быстро отошла от трапа. Сильно удивляться этому обстоятельству я тоже не стала – мало ли какие у них тут порядки. Летала я не часто, в отличие от своей сестрёнки.
Пригнувшись, я переступила металлический порожек и прошла вглубь. Владимир следовал за мной. А пассажиров внутри не оказалось. Ни одного. Осознала я этот факт, лишь проделав несколько шагов вдоль полутёмного салона. Мои глаза всегда трудно адаптировались к темноте. И, наверное из-за этой же темноты, вдруг остро потянуло в сон.
– А почему…
Я притормозила и озадаченно осмотрела помещение. Два ряда кресел, справа и слева, в каждом ряду – по несколько сидений, от растерянности мне даже не удавалось их сосчитать. Шесть или восемь? В общем, явно меньше, чем в обычных пассажирских самолётах, уж в этом-то я была уверена!
– Владимир, что это значит? – я оглянулась на спутника.
– Присаживайтесь сюда, Даша! И пристегните ремни, через три минуты мы взлетаем.
Он подтолкнул меня к одному из кресел. Довольно торопливо подтолкнул и как-то даже грубо.
– Но… – я еле удержалась на ногах, вцепившись в кожаный подлокотник. Перед глазами поплыл туман, и очень сильно закружилась голова. Наверное, из-за беременности. – Что происходит?? Вы что, с ума сошли?!
– Закройте рот и сядьте!
Следующий толчок вышел ещё жёстче, чем предыдущий. Я свалилась в кресло, болезненно приложившись бедром к подлокотнику, и обхватила руками живот, защищая самое дорогое, что у меня было.