– Спросите у ваших родителей, святой отец. Они вам все подробно расскажут. И я бы посоветовал вам догнать Кристи. Я бы не хотел, чтобы из-за вашего предвзятого мнения обо мне, пострадала несовершеннолетняя девушка, оказавшаяся одна, ночью, в неблагополучном районе.
Ливиу, с жалостью и разочарованием, взглянул на священника и направился к подъезду. На пороге он обернулся и настойчиво произнес:
– Не стойте как истукан, святой отец! Догоните ее!
Виржилиу, словно очнулся от сна, когда хлопнула дверь подъезда, спрятав за собой силуэт Ливиу. Он медленно подошел к пикапу и машинально сел в него. Монстр внутри священника заливался победоносным хохотом. Твари удалось пробить броню! Преподобный вышел из себя и дал волю эмоциям.
Виржилиу закрыл глаза, пытаясь прояснить мысли и унять демоническую пляску в душе. Начало смеркаться. Он должен был отыскать Кристи до темноты. В городе и окрестностях, было небезопасно в темное время суток. Зло могло таиться за каждым углом, за каждым стволом дерева, за каждым камнем.
Кристи торопливо шла вдоль проезжей части пустынного шоссе. Она нервно курила, выпуская дым через ноздри. Ее всю трясло. Священник раздражал ее и, в тоже время, вызывал опасение. А вдруг, он действительно один из них? Да, сейчас она не была пятнадцатилетним подростком, не умеющим за себя постоять! Но, окажись Кристи вновь в логове монстра, смогла бы она выбраться из ловушки и избежать пыток?
Девушка остановилась, услышав шум мотора позади себя. Она не решалась оглянуться. Автомобиль остановился прямо подле нее. Из машины вышел священник и приблизился к Кристи. Она презрительно взглянула на него, пустив в лицо струю сигаретного дыма. Он не закрыл глаза, не поморщился, лишь тихо произнес:
– Сядь, пожалуйста, в машину. Я отвезу тебя домой.
Кристи насмешливо улыбнулась.
– Отвали от меня, – прошептала она, и попыталась обойти священника. Но он не позволил ей уйти, схватив за руку.
– Пожалуйста, сядь в машину, – его тон был спокойным, и в тоже время, предупреждающим.
Кристи резко развернулась к нему, пытаясь высвободить руку. Она была в ярости. Как этот святоша посмел прикоснуться к ней и указывать, что делать.
– А если я не хочу?
Виржилиу учащенно задышал. Он чувствовал, как демон подстрекает его, царапает острыми когтями его душу, соблазняя поддаться искушению. Сегодня тварь одержала одну победу, так почему не рискнуть еще раз, и разжечь костер, в котором эмоции будут пылать сухим хворостом.
– Если, ты не сядешь добровольно в автомобиль, мне придется насильно засунуть тебя в него. Поверь, я не хочу этого делать.
Кристи сжала руку в кулак. Ее лицо стало каменным, но глаза продолжали гореть ненавистью. Священнику казалось, что еще немного, и она испепелит его своим взглядом.
– Ты не сделаешь этого, святой отец! А если попытаешься, я расцарапаю тебе лицо, – Кристи провела пальцами свободной руки по щеке Виржилиу. Он схватил ее за запястье и сжал так сильно, что девочка от неожиданности вскрикнула.
– За что ты меня так ненавидишь? Почему ты преследуешь меня и портишь мою жизнь? Что я тебе сделал? – пытаясь унять дрожь в голосе, прошептал он, глядя в ее глаза, объятые пламенем ненависти.
– Ты знаешь за что, – сглотнув слюну, произнесла Кристи, чувствуя, что ей так просто не удастся вырваться из железных оков, сжимающих ее руки. Внезапно Виржилиу отпустил ее и грустно улыбнувшись, покачал головой.
– Ты меня ненавидишь за это? – он вытащил колоратку из ворота сутаны и кинул на крышу автомобиля, она, мертвым полумесяцем, звякнула о металл.
– Или за это?
Священник указательными пальцами ткнул себя в грудь, подразумевая свое облачение. Он подошел вплотную к девочке, смотря на нее сверху вниз.
– А может, ты меня ненавидишь за то, что я существую?
Кристи молча взглянула на Виржилиу. В этот момент, ей даже стало жаль священника. Она почувствовала, что страх отступает. Ее душа ликовала. Кристи удалось одержать маленькую победу: над преподобным, над Господом, над своими страхами!
– Вот он, ваш истинный облик, святой отец! Куда подевалась ваша сдержанность, холодный тон, ваша безукоризненная святость?
Виржилиу потер щеку рукой, чувствуя, как его бросает в жар. Он покачал головой.
– По-твоему, если я священнослужитель, то не человек? Ты думаешь, у меня нет чувств? Я не знаю стыда, не ощущаю боли? Тебе кажется, я робот, безвольно следующий указам Господа?
– О, нет! Я так не думаю, – иронично заметила Кристи. – Я думаю, что ты чудовище, получающие неимоверное удовлетворение от своих мерзких деяний,– прошипела она, и ее глаза заблестели.
Виржилиу вновь закивал головой, нервно покусывая нижнюю губу.
– Конечно. Ты же обвинила меня в храме божьем в мерзопакостных вещах. Ты готова пойти на ложь и клевету, лишь бы унизить меня, растоптать! – он схватил девушку за плечи и встряхнул. – По-твоему, это забавно? По-твоему это правильно, унижать человека в глазах окружающих?
Кристи истерично захохотала, чувствуя, как по щеке скатилась горячая слеза. Священник продолжал держать ее за плечи, выжидая, когда она успокоится. Девочка резко прекратила смеяться.
– Тебе лучше знать, святой отец! Помнишь Анну, твою сестру? Я уверена, ее гибель на твоей совести! А теперь вспомни меня, ее подругу, маленькую девочку…
Священник побледнел и отпустил девушку. Он ощутил, как монстр внутри него, разрезает душу на мелкие лоскутки, пропитывая их гневом. Чудовище готово было пуститься в пляс, ему удалось спустить с цепи ярость.
– Кристи, не говори о том, чего не знаешь! Не надо…
Девушка внезапно поняла, что она ошибалась. Нет, он не трогал ее. Он не причинял боль Анне, но он знал того, кто повинен в их несчастьях. Он был связующим звеном между злодеяниями и злодеями. Священник являлся хранителем чужого секрета!
– Тебе обо всем известно, – ошеломленно прошептала она, – Ты знаешь, что произошло с Анной? Со мной? Ты знаешь их имена!
Кристи со всей силы толкнула Виржилиу. Он, опешив, отступил назад, ударившись спиной об автомобиль.
– Ты расскажешь мне все, святой отец! Иначе, клянусь, я уничтожу твою безупречную репутацию! Я превращу твою жизнь в ад, которого ты так боишься, – она вновь ткнула Виржилиу кулаками в грудь, словно хотела его припечатать к машине. Он ловко схватил ее за руки, но на этот раз не пытался причинить ей боль.
– Мне жаль. Ты можешь пытать меня, ненавидеть, каждый день подвергать меня позору, но я не скажу тебе того, что ты так жаждешь услышать. Я человек или чудовище, коим ты меня считаешь, но в первую очередь – я священник! Я не стану нарушать тайну исповеди. Если ты думаешь, что я сплю спокойно по ночам, зная истину – ты ошибаешься! Мое сердце обливается кровью и болит душа. Кошмары преследуют меня постоянно. Но самое страшное, что зная правду, я ничего не могу сделать. Я не могу остановить монстров, я не могу предупредить жертв! Я бессилен.
Кристи смотрела на священника глазами полными слез. Ей хотелось закричать от отчаяния. Она была так близка и в тоже время так далека от цели. Преподобный все знал и не пошевелил пальцем, чтобы остановить преступника! Его убеждения, его преданность церковным законам, обязывали держать тайну в секрете и безвольно созерцать, как бесовская тварь безнаказанно совершает омерзительные дела.
– Ты трус, Виржилиу Ливиану, – прошептала Кристи. Он молча отпустил ее руки. Девушка поджала губы, стараясь не разреветься, открыла дверь автомобиля и села на заднее сидение.
Виржилиу вытер руками лицо. Кристи была частично права, а это значит, что демон вновь одержал победу. Внезапно, священника озарило. Он, нахмурив брови, взглянул на Кристи, потом задумчиво перевел взгляд в сторону реки, где темным призраком, среди деревьев, окутанных сумерками, возвышался каменный мост. Что она сказала ранее? Анна и она стали жертвами монстра? Про сестру он знал давно.
О, Боже! Он был слепцом! Ему следовало догадаться об этом раньше! Ненависть Кристи к Богу была связана не только с фанатизмом Марии, которая растила ее в ежовых рукавицах! Кристи была одной тех, чьих имен он не знал! Одной из тех, кто удостоился внимания безумного извращенца!
Глава 2
Насыщенный аромат роз смешивался с ночными запахами. Эфирное масло капало с его ладоней на мраморные плиты террасы, медленно расплываясь по поверхности. Он поставил флакон с густой жидкостью на деревянный стол и потер руки, тщательно втирая масло в кожу. Мирел любил этот аромат, он напоминал ему о невинности. Розы, как девочки, которые цветут и пахнут, пока бутон не сорвешь с куста. А если сдавить и размять его, аромат становится насыщенным, но, увы, недолгим.
Адвокат убрал излишки масла с кожи сухой салфеткой. Затем он взял смартфон, лежащий на столе и начал листать фотографии в галерее. Неделя выдалась удачной: ему удалось избавиться от пьянчуги; отыскать кассеты в его хибаре, благодаря его приятелям, готовым продать душу за бутылку; сделать любопытные кадры со священником и девчонкой. Кристи изменилась, но не так как он рассчитывал. Она не стала пациентом психиатрической клиники, как его сестра Феличия, не сбросилась с моста, как бедняжка Анна, не спилась и не пристрастилась к наркотикам, как все его остальные жертвы. Каким-то удивительным образом ей удалось сохранить здравый рассудок, после всего того, что он с ней сотворил. Чудесные воспоминания… В тот раз он повеселился на славу!
Он помнил ее крики боли вперемешку со слезами. Он чувствовал запах ее нежной плоти, на которой оставались следы его пыток. Он ощущал вкус ее страха и отчаяния, когда ломал ее душу и тело. Адвокат помнил, когда девчонка потеряла сознание, больше не в силах терпеть муки. Она была похожа на старую растерзанную тряпичную куклу. Адриан завернул ее в куски ткани, что остались от платья и выкинул в лесу. Сломанным вещам – место на помойке!
Мирел облизал пересохшие губы. Он так надеялся, что она истечет кровью и подохнет во время грозы. Но она выжила и, каким-то чудом, добралась до дому. А потом исчезла, вместе со своей паршивой, богобоязненной семейкой. Адвокат перелистнул снимок, внимательно вглядываясь в лицо девушки. Как ей удалось сохранить жизнь и разум? Ей больше всех досталось!
Блондин кинул телефон на стол. Его не прельщала игра, которая проходила не по его правилам. Ему нравилось ощущать себя кукловодом, который манипулирует марионетками! Виржилиу был в его власти, а теперь адвокат обладал весьма интересными снимками, предназначенными для очей епископа. Если грамотно составить донос, то священника могут отстранить от дел на время выяснения обстоятельств. Мирел был отличным юристом и знал, как заставить людей поверить в то, чего нет. Он уничтожит Виржилиу, этого праведника! Раздавит, как назойливую букашку!
А что делать с девчонкой? Она не давала блондину покоя. Он почувствовал, как горячая волна возбуждения прокатилась по его телу. Он должен ее вновь сломать, во что бы то ни стало! Он вынужден ее снова провести по девяти кругам ада!