Чтобы попасть на платформу, подругам было нужно еще сесть на маршрутку. А она останавливалась ближе к «черному» ходу с лестничной площадки. И чтобы не обходить потом весь дом по периметру, подруги этим выходом и воспользовались.
Таким образом, Молоток и его коллеги, поджидавшие подруг и Галочку возле «гольфика», так и остались в городе, на солнцепеке, поджидая своих подопечных. А те благополучно поехали за город.
На этот раз их путь лежал в сторону Выборга. В электричке все трое после выпитого вина мирно задремали. И так как ехать им было долго, то девушки даже успели недурно выспаться, поболтать и вообще приятно провести время. Чего никак нельзя было сказать о бандитах.
Кондиционер в их шикарной иномарке не фурычил, сдавшись из-за непомерных нагрузок. И потому все трое тихо плавились на жаре, наполняясь все большей и большей ненавистью к девкам, из-за которых у них возникли такие трудности.
От нечего делать Дуб и Мрачный стали цепляться к Молотку.
– Слышь, Молоток, а чего ты их отпустил? Мы тебя зачем во дворе оставили? Молчишь? А мы тебе сказали, чтобы ты общее наблюдение осуществлял, правильно? А ты чего начудил?
Молоток слушал и тихо сатанел – на приятелей, на девок, на весь белый свет. Он вообще тяжело переносил жару. И сейчас с него пот тек буквально в три ручья. И уже натекло приличных размеров озерцо, которое и не думало впитываться в проклятую кожаную обивку сиденья.
Первым не выдержал Дуб. Несмотря на кличку, невозмутимости этого дерева в нем не было и в помине. А прозвище он получил за то, что вместо мозгов у парня было – известно что.
– Пойду, водички куплю, – сказал он.
И сходил. Потом еще раз сходил. И еще. Озеро вокруг Молотка стало глубоким, и по нему теперь бежали небольшие волны. А проклятые девки из подъезда так и не появлялись. Наступил вечер. Жара потихоньку стала спадать. Но разморенные и перегревшиеся бандиты даже не почувствовали, что стало прохладней. Они сидели в накалившейся за день машине и медленно таяли.
– Пойду еще куплю водички, – прошептал в очередной раз Дуб и начал вынимать себя из машины.
Когда он выходил, то столкнулся с девушкой в ярко-красном сарафане и огромной соломенной шляпке. Не заметить такую было просто невозможно. Даже будучи в полуобморочном от жары состоянии, Дуб, Мрачный и Молоток проводили девушку до подъезда одинаково голодными взглядами. Проводили и забыли о ней. Вспомнили, когда вернулся Дуб с очередной минералкой.
Мрачный как раз поднес к губам свою бутылку, когда на глаза ему попалась фигурка в знакомом сарафане. И даже шляпка была точно такая же.
– Снова та же самая девчонка! – произнес он. – Слышь, Дуб, она за тобой, похоже, так и ходит.
И он заржал. Дуб присоединился к приятелю. А вот Молоток внезапно поперхнулся ледяной водицей.
– Что за черт?! – воскликнул он. – Она же не выходила из дома, нет?
– Вроде бы нет, – произнес Мрачный. – Точно, нет! Я глаз с подъезда не сводил. Не выходила она.
– Тогда как же она во дворе снова оказалась?
Приятели Молотка особой сообразительностью не отличались. И сейчас с интересом уставились на своего более смекалистого «коллегу».
– Как? – спросили они хором.
– Через другой выход, суки! – прорычал Молоток и чуть не зарыдал от бессильной злобы.
Столько времени просидеть на жаре! Он чуть не помер! А эти кретины даже не посмотрели, нет ли в подъезде второго выхода.
– Все! – рявкнул он. – С меня довольно! Узнайте, в какой квартире живет хозяйка «Гольфа», и пошли к ней в гости.
Ни о каких гостях и собирающихся над их головами тучах и всяких там Мрачных, Дубах и Молотках подруги даже не подозревали. Они в это время сидели на открытой веранде и наслаждались долгожданной прохладой и свежестью. Прохладу принес вечер. А свежестью веяло от находящегося всего в паре метров от них садового фонтанчика. Порывы ветра иной раз доносили до подруг мельчайшую водяную пыль, которая оседала серебристым инеем у них на волосах, одежде и коже.
– Как у вас тут замечательно! – произнесла Кира, оглядывая в самом деле отлично ухоженный участок.
Ровные ряды грядок уходили на многие метры до соседского забора. Между ними были проложены тоже идеально ровные дорожки. Цветочные клумбы, одна большая прямо перед домом и две поменьше на южной стороне, приятно радовали глаз. Небольшой дачный участок был так удачно спланирован, что тут нашлось место даже для беседки, маленького надувного бассейна для детей и фруктового сада.
Молодая женщина по имени Ира, жена пропавшего Петрарки, лишь покачала головой в ответ.
– Вот и я тоже раньше думала, что эти фрукты, ягоды, овощи – что они нам нужны. А теперь думаю: зачем я мужа пилила постоянно этим садом? Ну, есть у нас ухоженный сад, а мужа-то теперь у меня нет!
И Ирина залилась слезами.
– Мама плачет!
С этими словами к Ирине подбежал крохотный мальчик. И встав рядом с матерью, положил руку ей на колено и попытался заглянуть в залитое слезами лицо.
– Не плачь! – убеждал он ее. – Не плачь! Я тебя люблю!
Женщина обняла ребенка. А потом услала его прочь вместе с подоспевшей бабушкой.
– Дайте нам поговорить.
И посмотрев вслед ребенку и бабушке, утерла слезы.
– Вот так и живем, – вздохнула она. – И скажу вам, неизвестность хуже всего. Если бы уж нашли Петьку, живого или… Одним словом, все равно было бы легче. А так каждый день все жду, жду, жду… А чего жду? И сама не знаю.
– А давно он пропал?
– Месяц уже почти его нет. Да кого я обманываю? Конечно, убили Петю! Если бы он жив был, то нашел бы способ дать о себе знать.
– А так ничего от него не приходило?
– Ни звонка, ни записки, ни весточки!
– А как он пропал?
Ирина перестала реветь. И утерев красные глаза краем платья, с недоумением посмотрела на своих гостий.
– Как пропал? Обыкновенно. Как все люди пропадают? Ушел из дома и не вернулся.
– А вещи какие-нибудь с собой взял?
– Какие еще вещи?
– Документы, деньги, теплую или, наоборот, легкую одежду.
Ирина покачала головой:
– Паспорт у моего Петеньки всегда с собой был. Из одежды только и пропало, что на нем было. А вот деньги… Знаете, деньги действительно пропали. То есть не то чтобы они пропали, но… Но их нет!
– Как это?
И Ирина принялась путано объяснять. Оказалось, что старший брат Арнольда был человеком запасливым, бережливым и крайне аккуратным во всем том, что касалось расходов и доходов. Все у него было тщательно спланировано на многие годы вперед. Однако после рождения второго ребенка средств в семье стало заметно не хватать.