Подтверждая мои мысли, Алтимор уселся на широкий камень и принялся стаскивать сапоги.
– Что вы делаете? – я нахмурилась.
– Успокойся, принцесса, – он снял один и принялся за второй. – Паника сейчас не поможет.
– Я не хочу умирать, – всё же сказала я вслух.
Алтимор окинул меня насмешливым взглядом.
– Деити напророчила тебе властвовать над судьбами. Так что расслабься, ничего с нами не случится.
Оставив сапоги, он переместился к лагуне и опустил в горячую воду обе ноги.
– Ммм, блаженство, – и хлопнул по камню рядом с собой. – Присоединяйся, цветочек.
Я закатила глаза.
– Выбор твой, – принц пожал плечами. – Но что ты собираешься делать? Расцарапать нам проход? Или носиться по пещере с криками? Если последнее, то прошу, не надо, хочу сберечь свои уши.
Нет, ну какой же он… Я заскрежетала зубами.
– Почему вы такой легкомысленный?
– Я? – принц как будто искренне удивился. – Нет, цветочек, я как раз очень разумный. И знаю, когда надо беречь силы.
Признаться, в этом он был прав. Я прикусила нижнюю губу.
– Давай, присоединяйся, – он качнул головой. – Поможет расслабиться.
Покружив по пещере, я всё же согласилась на его предложение. Только сесть решила не рядом, а на другой камень. Свернула свой меховой плащ, чтобы было мягче сидеть, а затем сняла сапоги. Чуть приподняв юбку сарафана, опустила в воду лишь стопы.
Принц не шутил про блаженство! Вода была идеальной. Горячая, но не кипяток. И я сразу почувствовала себя лучше.
Несколько минут я просто наслаждалась, пока Алтимор не решил нарушить волшебную тишину.
– Расскажи мне о себе, цветочек, – попросил он. – Каково быть дочерью вождя?
«Я не дочь вождя», – мысленно ответила я, но вслух сказала:
– Я ничем не отличалась от остальных. У лингов нет лордов. Все люди равны и трудятся на благо общества.
– Надо же, – присвистнул Алтимор. – Я всю жизнь считал, что это невозможно. Но с другой стороны, может, вы потому и проиграли.
– Мы проиграли из-за вашего вероломства, – я посмотрела принцу прямо в глаза, и он ответил тем же. Казалось, воздух между нами стал плотным, как кисель.
– В любви и на войне все средства хороши, – заметил Алтимор.
– А как же честь?
Принц пожал плечами.
– Что толку от чести, если ты в могиле?
Алтимор вытащил из воды ноги и, поднявшись, принялся снимать с себя дублет. А за ним расстался и с рубашкой.
От неожиданности я начала заикаться:
– Ч-что вы делаете?
– Мы здесь одни, Ниада.
От того, как принц произнес мое имя, у меня побежали мурашки. Я боюсь его? Но почему?
Лучи солнца освещали его крепкий, идеально сложенный торс с рельефным животом. Признаться, сложно было не залюбоваться. Только на правом боку виднелся продолговатый шрам.
– Что здесь случилось? – поинтересовалась я.
– Неудачный поединок, – ответил Алтимор и принялся расстегивать ремень. – Смотри, я начну брать за представление деньги.
Я торопливо прикрыла глаза ладонью. Не засматривалась я на него! Ну ведь нет же!
– А нечего раздеваться! – буркнула я.
Судя по тому, как пряжка или что это было, звякнула о камень, штаны принц уже снял. Боясь, что Алтимор остался совсем голым, я продолжала держать глаза закрытыми.
– Всё, можешь смотреть, – донесся до меня насмешливый голос.
Я осторожно приподняла одно веко. Принц стоял по пояс в воде и разводил руками.
– Тут неглубоко. Не хочешь присоединиться?
– Спасибо, обойдусь.
Алтимор криво ухмыльнулся и двинулся ко мне. Меня, словно молнией, поразил страх. Я замерла, завороженно глядя в его наглые глаза.
– Эй, – всё же выговорила я, когда принц оказался у самых моих ног.
– Ниада, – промурлыкал он.
Его ладони под водой легли на мои стопы и медленно, словно осторожничая, их погладили.
– Что вы делаете? – уже, кажется, в третий раз спросила я.
Алтимор взял в руки одну из моих стоп и принялся ее аккуратно массировать. Его пальцы двигались уверенно, зная, на какие точки нажимать. Я почувствовала, как искры бегут по моим ногам вверх прямо к низу живота. Правильнее было бы оттолкнуть принца и вытащить из воды ноги, но я не могла пошевелиться. Его прикосновения были так приятны, что хотелось продлить блаженство еще хоть на мгновение.
– Мой отец отправил меня на твои земли, надеясь, что я погибну, – неожиданно заговорил Алтимор, продолжая массировать. – А если не погибну, то вернусь с поражением. И признаю, что мой брат Арвин достоин занять трон.
– Это ужасно, когда отец желает смерти собственному сыну, – я кивнула. – Но мы не обязаны платить за чужие ошибки.