– Так вот, теперь, когда все их коровы за одну ночь погибли, Асват пожертвовала своим приданым и купила на всё своё золото в Цудахаре пятнадцать коров.
– Молодец! – сказала Нафисат, приходившаяся Парихан родственницей и не так давно ставшая женой Мухаммада-хаджи, имама знаменитой кази-кумухской мечети. – А интересно, остался у Асват тот золотой пояс с бриллиантами, который Джафар ей подарил на рождение сына? Или она его тоже отдала за коров?
– Да уж наверняка остался, с такими вещами не расстаются! – ответила Парихан.
– Тётя Шуанат, расскажи мне о Пахай, – вдруг попросила Айша, прервав своё глубокое молчание.
– О Пахай? – Глаза тётушки Шуанат заволокла лёгкая дымка, и, чуть помедлив, она сказала:
– Да что рассказывать? Пахай была настоящей красавицей и не по возрасту мудрой… Люди её любили, уважали… Правда, судьба её была несчастливой…
– Почему? – живо спросила Айша.
– Да потому, что когда подавили мятеж… в восемьсот семьдесят седьмом… то её выслали вместе с родными в Псковскую губернию, в город Опочку… где она и умерла через несколько лет, не выдержав разлуки с родиной… и со своим любимым…
– Она любила? Кого же? – В голосе девушки зазвенело волнение.
– Гасана из рода Гузуновых…
– А он? И он любил её?
– Ну да! Но он не был знатных кровей, и им не дали бы пожениться.
– Прошу тебя, расскажи!
– Ну что рассказать? Её с семьёй сослали в Опочку, и она там умерла… вдали от родных гор и очень несчастная!
– А он?
– Он сначала вообще уехал из Дагестана, потом снова вернулся и в конце концов женился.
– Женился?! Как он мог!
– Вах, он что, должен был оставаться бобылём до конца своей жизни? Он любил Пахай всем сердцем, но… жизнь лечит и не такое!
– Она ведь писала стихи, да?
– Да, писала стихи, обращённые к Гасану, а он писал стихи, обращённые к ней… И эти стихи, наверное, лучше всего рассказывают их историю!
– Ты можешь их прочесть? – в волнении воскликнула девушка.
– Конечно, я их очень хорошо помню! Слушайте!
И Шуанат нараспев и с чувством принялась читать:
Даже если изменишь, останусь я в жизни твоей,
Всё, что нас уж связало, под крепким храню я замком,
Записав твои письма немногие свято в душе,
Их ответом верну я тебе через месяца два.
Только утром зажжётся от солнца лучей всё вокруг,
Нахожу я повсюду твой образ, что солнцем согрет,
А, луну окружив, звёзды плачут о горе моём,
И к Всевышнему ангел мольбу обо мне обратит.
О огонь в моём теле, что жарче любого в печи,
Хоть в Евфрат опусти, он потушен не будет никак,
О души моей думы, бушуют что в тёмной ночи,
Мудрецов хоть спроси, не узнаешь причину никак.
Ты – как финик в цвету, я ж другая, с туманом в душе,
О, что делать мне с тем, кто дороже мне жизни моей?!
Закончив читать, Шуанат на миг замолчала, затем сказала: – То были стихи Пахай. Теперь, раз уж пошёл такой разговор, слушайте стихи к ней Гасана:
Пусть проклятья мои все коснутся России царя,
И нукеров кавказских, силки что расставили в райской долине,
Ты – цветок моей жизни. Свидетелем станет очаг,
Что любимой другой быть не может никак у меня.
С той поры, как с тобою расстался, я белых одежд
Не касаюсь вообще, ибо внешне блистать не желаю,
Если мрак на душе, что рождён расставаньем с тобой,
Сад цветущий российский не радует вовсе меня.
Славный город Кумух лишь тобою украшен бывал,
Пусть поглотится молнией он, раз тобой не сияет,
Дней весенних надеждой врата широко отвори
И Аллаху молись, и спасай наших пленных в России.
На могиле Меджнуна аромат распустившихся роз
Дом заполнил ашуга кумухского бедного сразу,
Твоё имя короткое – как золотой ашрафи,
До чего же красиво оно – словно красный цветок!
Коль по воле Аллаха дойду до мечты я своей,
Обещаю свой хадж совершить я к священной Каабе,
Пред вратами небесными стоя, Аллаха молю
Я в надежде о том, что молитвы мои Он услышит.
– Как прекрасно! – прошептала Айша, и глаза её увлажнились.
В этот момент подошедшая сзади Шахри обняла её за плечи и быстро проговорила:
– Ты что, забыла, что обещала мне помочь выбрать украшения для моего будущего платья?
Айша, вся во власти только что услышанной истории, хотела что-то возразить, но подруга крепко стиснула её руку и повторила настойчиво:
– Пойдём, прошу тебя!