– Давно?
– Да, через год, как ты меня бросил. Помнишь?
Забыть это у него не получилось. Он пронёс те воспоминания через долгие годы, не расплескав из полной чаши ни капельки из их общего невинного прошлого.
* * *
Тот май выдался на редкость тёплым. Надвигалась зачётная сессия, а ум уносило по ветру, как зонтики одуванчиков с лугов. Надя встретила его после лекции. Лекция была последней для него в тот день: что-то из оптики – кольца Ньютона, радуга… Ерунда, в общем. Она попросила помочь ей по программированию. «Уже третья за помощью ко мне. Опять этот Фортран. Что со мной не так? Почему всё внимание ему, Фортрану?» – Василий недоумевал.
* * *
В оврагах села Коломенское – теперь это давно Москва – царило майское раздолье. Везде чистота и зелень, овраги обросли сочной – хоть козу заводи! – травой, и по ним можно было проскользить на попе, как на санках, по вечерней росе хоть до берега Москвы-реки и плюхнуться сходу в воду с крутого бережка; не за что было даже зацепиться. Так оно и случилось с ними. Только не в воды реки, а в воды невинной любви они тогда упали.
* * *
Солнце сияло – не жалко лучей. Вечер тепло отдавал для людей. Пятница, завтра суббота и всё – сессия спросит, и не до кино.
* * *
Они расположились на крутом откосе. Сколько там до обрыва в реку – сто метров, сто пятьдесят? Как же это красиво – смотреть вечером на другой берег реки с высокого холма. В той пойме, в тех высоких домах сейчас готовится ужин, выясняются отношения, доделываются уроки. Интересно, у них есть время и желание посмотреть в окно на эту красоту, на эту весеннюю благодать? Жуки майские на вылете, а они дома сидят.
Пора было помочь Наде в налаживании отношений с Фортраном. Задачка оказалась совсем лёгкой, и ему не составило труда записать алгоритм на полстранички минут за пять.
«Всё, как мы любим в науке: час созерцаем и за пять минут решаем», – это была совсем не ирония, а сущая правда. А со стороны Наде показалось, что Василий пребывает в глубоких раздумьях. Она не хотела ему мешать и отвлекать от её задачки (которую она давно решила сама), но глаз не сводила и времени зря не теряла. Первым делом она расстегнула кофточку. Краешком глаза Вася заметил белый лифчик и полоску тела ниже от него и до… Насупившись, он уткнулся в задачник, потом в блокнот, а Надя откинулась на молодую траву, поручив уходящему солнцу ласкать свою молодость лучами.
* * *
Долго изображать непонимание хода решения простенькой задачи у неё не получилось. Он старательно отводил глаза. Ей пришлось застегнуться и вникнуть.
* * *
Они шли к метро. Ещё три километра, и они там. Они оба знали эту дистанцию, столько раз истоптанную по вечерам после лекций и семинаров.
– Ты проводишь меня?
– Нет.
– Почему?
– Я не успею до закрытия метро.
– Ты можешь остаться у меня. Все мои на даче.
– Как я это объясню своим?
– Скажи им, что ты любишь меня. Почему ты молчишь? Я же вижу.
– Прости. Я не знаю, что тебе соврать.
– Скажи мне правду. Ну, скажи же, наконец.
– И да, и нет.
– Что «да»? Что «нет»?
– Понимаешь… Я хочу тебя. Даже боюсь прикоснуться, когда ты так рядом. Боюсь смотреть в твою сторону. Мне стыдно за это физическое желание. Оно затмевает все остальные чувства. А если их и вовсе нет? В основе алгоритма должна быть конечная цель, она и диктует действия со всеми «если – то». Это как в Фортране.
– Какой же ты дурак! Иди ко мне.
– Нет. Так нельзя. Я в метро.
Она осталась одна перед входом в метро. Попыталась расплакаться, но у неё ничего не получилось. Она заулыбалась, подняла лицо к небу и встретила капли первого весеннего дождя с самой счастливой улыбкой.
Среда, 10 мая 2023 г.
Музыка: Giovanni Marradi – Hope New («Надейся»)
Глава 7 – Невозможная любовь
– XXIX —
Последний весенний снег пролился грозовыми дождями на Москву и прекратился, когда уже сухого места не осталось ни на ком.
Они стянули матрас и потащили к подъезду. Надя вдруг вспомнила, что не закрыла машину и не взяла из неё сетку картошки. Она крикнула Василию: «Обожди!» – и плюхнула свой край ноши в лужу перед подъездом. А он как послушный ослик не отпускал этот матрас, а стоял и ожидал новых указаний.
* * *
Дверь в подъезд открыл какой-то старичок, придержал дверь, пока они заходили с ношей – он впереди, руки за спиной, она сзади с сеткой картошки.
На пятый этаж они добрались с ношей без приключений и без потерь, а перед дверью вдруг остановились и зависли.
– У меня ключей нет.
– Как так?
– Квартиру сдавала. Попросила соседке оставить.
– Ну, так позвони в дверь соседке.
– Какой из них? Четыре квартиры на площадке. Дура я, дура. Надо было под ковриком.
– Действительно, дура. Хорошо, что я на тебе не женился.
* * *
Не отпуская ношу, Васька ткнулся лбом в дверь и три раза, как дятел, постучался в пустоту – и пустота отозвалась! Дверь отворилась внутрь.
Василий заулыбался, а Надя насторожилась.