Любовь по каплям будет радо
Принять с подоблачных высот?
«Ты – свет. Неважно, что туман…»
Ты – свет. Неважно, что туман
Тебя окутывает. Важно,
Что ты, любимая, в туман
С туманом борешься отважно.
«Снег при нуле подобен хрусталю…»
Снег при нуле подобен хрусталю:
Чуть ступишь – хруст от сломанного кома.
Напоминает мне, что я не дома,
Напоминает: я тебя люблю.
«Твое лицо – перед глазами…»
Твое лицо – перед глазами.
На нем глаза – как пропасть для меня.
Я к шоколадным волосам тянусь руками,
Не отличая ночь от дня.
«Могло бы быть и так: стоим мы у плиты…»
Могло бы быть и так: стоим мы у плиты
Вдвоем, но не лаская и без взгляда.
Котлеты хмуро в сковородке жаришь ты,
А я – над чайником. И ты не рада.
И я не рад. А после мы вдвоем —
Чужие в доме, в общем-то, чужом.
«Престранный факт: дочь Солнца – ты…»
Престранный факт: дочь Солнца – ты,
А я не солнце, но сейчас
Я как отец тебе: от глаз
Не прячь полученной от Солнца красоты.
«Но боже мой, чего бы я ни дал…»
Но боже мой, чего бы я ни дал
За глаз твоих прикрытых огонёчек:
Я б в благодарность так тебя ласкал,
Что пусть уж это будет между строчек!
«Воображай сама: у океана…»
Воображай сама: у океана
Недостижимо дно. Ты – океан.
Ты – женщина. Без дна. Тебе я дан
Всё воплотить без всякого обмана.
Раскрой свои фантазии, чтоб мог
Их все я воплотить, пока есть силы.
Чтоб после мы лежали бок о бок
И я, как ослабевший ветерок,
Касался нежно океана милой.
«Так и вижу: серебрится…»
Так и вижу: серебрится
Сумрак утренний от снега,
Лене сон чудесный снится,
На лице прекрасном – нега.
То чуть брови шевельнутся,
Приоткроются чуть губы…
Что за образы несутся
За улыбкой белозубой?
Как бы мне проникнуть в эти
Лены сонные виденья? —
Я отдал бы всё на свете
И без всякого сомненья!
Я бы в памяти хранил их,
Чтобы, встав, о них напомнить,
Раз уж Лена, встав, не в силах
Сны свои же долго помнить.
«Короток зимний день…»
Короток зимний день.
Утренний сумрак и сумрак вечерний:
Первый сонливей, второй – эфемерней.
Свет же меж ними – тень.
Только что было светло.
Вроде на миг лишь один отвернулся,
Глядь, а уж сумрак обратно вернулся:
Темень опять намело.
Было бы солнце – ладно:
Час или два под его лучами
Что-то на благо делают с нами,
Сердцу не так прохладно.
Если же серое просто