В этот момент к нам подошла Тира. Девушка услышала мой вопрос и охотно пояснила:
– Напитки для игры в фанты. Сначала жребий выбирает ведущего, который будет давать задания. Точнее, назначать, какой напиток выпить.
– Напиток… выпить? – с ужасом переспросила я, разглядывая пестрое нечто.
Старшекурсники переплели пальцы, и Хеймир кивнул.
– Да. В некоторых бокалах пунш, сок или подкрашенная вода. Но в каких-то попадаются магические снадобья с забавным эффектом. Например, зелье, от которого начинаешь икать, хихикать, неудержимо чихать, трясти руками или жужжать…
Тира со смехом подхватила:
– Нюду в прошлом году досталось снадобье, из-за которого его голос стал похож на мышиный писк.
– А у Фастара от зелья отнялись ноги, – весело продолжил Хеймир. – Мы с Торджером тащили его в общежитие. Йофрид заснула на ходу, Колла хотела унести ее на себе. Но, учитывая, что Колла на полголовы ниже… Разумеется, их поймал ректор.
– Ректор?
– Ах да… – спохватилась Тира. – После игры в фанты нам предстоит добраться до общежитий и не попасться преподавателям, которые специально пойдут патрулировать территорию Академии.
– В этом вся соль праздника, – добавил Сигмунд, который пару мгновений назад появился за моей спиной.
Рядом с ним стоял сияющий Эйнар, но я не разделяла его радости. Мой мрачный взгляд не укрылся от товарищей, и Сигмунд поспешно спросил:
– Что-то не так?
– Знаешь, – вздохнула я, – до этого дня у меня была надежда, что хотя бы праздники в вашей Академии нормальные. Только что она развеялась как дым.
Хеймир пожал плечами.
– По-моему, убегать от учителей, икая или хихикая, довольно весело. Кроме того, пятерым достанется шанс выбрать напиток самостоятельно.
– А одному – коктейль, – добавил Эйнар. – Это значит, что нужно будет смешать два напитка. Нашему троюродному брату досталась икота и заплетающиеся ноги. Само собой, до корпуса он не дошел и получил наказание.
– Еще и наказание? – Я схватилась за голову.
– Конечно. Тот, кого поймают учителя, получит наказание. Причем именно от того преподавателя, который его поймал.
Я мысленно застонала. Это так я обещала Весту не ввязываться в неприятности?
– Пожалуй, мне пора домой, – малодушно сообщила я.
Вестейн просил меня держаться рядом с Халворсонами. Кто же знал, что они приведут меня к очередным неприятностям?!
Эйнар посмотрел на меня озадаченно и сказал:
– Для выхода нужна жемчужина, именно та, с которой ты зашла. Пропуск настроен на человека, чтобы младшие курсы не могли сюда попасть. Все жемчужины в мешке и перепутаны. Надпись на ярлычке появится, когда ведущий назначит напиток. До этого ты никак не можешь получить ее назад.
– Ты не любишь фанты? – спросил Сигмунд.
– Я очень люблю фанты, – возразила я. – Нормальные фанты! А не те, где нужно пить подозрительные снадобья, сваренные не мной.
Хеймир рассмеялся, а Тира посмотрела на него укоризненно. Затем девушка повернулась ко мне и примирительно сказала:
– Зелья варил магистр Бакке. Бокалы защищены от вмешательства извне. Эффект от всех снадобий безобидный и проходит в течение пары часов. Ничего серьезного или запрещенного среди них нет и быть не может. Чего ты боишься?
Упоминание алхимика меня немного успокоило. Бакке меня обожает, видит во мне наследницу Халлы и точно не станет помогать Крону или даже самому Найгаарду. В конце концов, зелья, развязывающего язык, еще не изобрели, а страшнее правды для меня сейчас ничего нет.
Но участвовать в фантах все равно не хотелось. Пока я обдумывала слова Тиры и пыталась найти новый способ отказаться, Хеймир серьезно добавил:
– Кроме того, получить свой напиток и добраться в любом состоянии до комнаты – дело чести. Тех, кто увиливает от этой традиции, здесь не уважают.
Я едва не зашипела от досады. Знал же, на что давить! Или это способ выяснить мои планы? Я же и вправду подумала о том, что мне этими людьми еще и править. Нельзя подрывать только что завоеванный авторитет.
Вестейн все-таки заронил в мое сердце желание стать наследницей Севера. Раньше я не думала об этом, а теперь приходится.
Тира успокаивающе погладила меня по плечу и сказала:
– Все будет хорошо, вот увидишь. Может быть, тебе выпадет честь быть ведущей.
Я покачала головой.
– Не с моим везением. С тех пор как я оказалась на Севере, ничего ни разу не прошло так, как надо.
– Мы проводим тебя в комнату, чтобы ни случилось, – пообещал Сигмунд.
– Если сами будете в состоянии, – печально вздохнула я, – и нас не поймают Крон или Багрейн.
– Воспринимай это как вызов, – серьезно ответил Хеймир. – На третьем курсе мне пришлось сделать не самый удачный коктейль и выпить его. Я бегал от преподавателей три часа, но успешно добрался до комнаты.
– Сначала ты ползал, – возразила Тира. – И даже заставил меня уйти.
– Я должен был справиться сам, ты же понимаешь, – улыбнулся Хеймир.
И тут я заметила, что краем глаза он продолжает наблюдать за моей реакцией. Нет, я была уверена, что Хеймир говорит правду. И до меня, наконец, дошло, почему он не задает мне вопросов. Зачем вопросы, если мой выбор скажет сам за себя? И подставляться нельзя, и сбежать не выйдет.
Я сделала вид, что не замечаю его взглядов, и спросила:
– А почему бы не попросить байлангов донести нас до дома?
Сигмунд и Эйнар переглянулись. А затем старший из братьев извиняющимся тоном сообщил:
– Во-первых, это не принято и считается зазорным. Во-вторых, если заметят байланга, наказание будет строже. И летящий байланг тебя выдаст. Между ними связь, и главный – всегда байланг куратора.
Я медленно выдохнула и натянула улыбку. Что ж, если я не могу отказаться от этой дурацкой затеи, остается выбраться из нее с честью. Назло Иде и всем остальным. А еще – было трудно себе в этом признаться – очень хотелось сделать Хеймира.
Эйнар почувствовал смену моего настроения и заговорил:
– Расслабься и получай удовольствие. Лично я очень хочу знать, что достанется Чейну и Нильсу.