Оценить:
 Рейтинг: 0

Москвички. Великие женщины, изменившие столицу

Год написания книги
2025
Теги
<< 1 2 3 4 >>
На страницу:
2 из 4
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Это был поистине исторический дебют, который бывает раз в столетие, и, конечно же, он не мог остаться незамеченным. Сразу после окончания Московского театрального училища Мария Ермолова была зачислена в труппу Малого театра. Увы, но руководство не оценило ее могучего дарования серьезной драматической актрисы: ей поручали роли легкомысленных барышень в комедиях и водевилях. Но молодая артистка не унывала: она твердо верила в свою звезду. Первый успех не вскружил ей голову. Наоборот, Ермолова, никогда не удовлетворяясь достигнутым, всегда много работала.

Она ставила перед собой высокие цели:

«Я бы желала, чтоб бедный человек уходил из театра с мыслью, что есть другая, хорошая жизнь, или, сочувствуя страданиям актрисы, забывал собственные страдания, свое горе…

Вот почему я люблю искусство. Желаю от всей души приносить пользу».

Малый театр (Театральный проезд, д. 1)

Любимые роли

В 1873-м удача вновь улыбнулась Ермоловой. Ей досталась роль Катерины в «Грозе», и в дальнейшем, в течение многих лет, актриса продолжала над ней работать. Ермолова создала образ прекрасной русской женщины, исполненной внутренней силы и готовой к героическому самопожертвованию. Затем была пьеса Лопе де Вега «Овечий источник», где Ермолова блестяще сыграла отважную Лауренсию. Но особенно ярко драматическое дарование Ермоловой раскрылось в созданном ею образе Иоанны д’Арк в «Орлеанской деве» Ф. Шиллера.

И сама пьеса, и роль Иоанны, которую Ермолова считала самым светлым и чистым образом в мировой истории, подходили ей и как актрисе, и как человеку

Сергей Дурылин в книге о Ермоловой называет актрису «героической симфонией русского театра». Действительно, ее наиболее удачные роли можно перечислять бесконечно долго, по скольку за полвека театрального пути Мария Николаевна создала совершенно фантастическую вереницу героических женских образов всех стран, народов и веков: от древнегреческой поэтессы Сафо до Настасьи Филипповны в «Идиоте» Достоевского, от ко ролевы Марии Стюарт до крепостной – крестьянки Лизаветы. И во всех этих образах она сумела раскрыть лучшие стороны женской души.

Личная жизнь

Талантливая, великая актриса Ермолова. А как же складывалась ее личная жизнь? На одной из вечеринок московской интеллигенции актриса познакомилась со своим будущим мужем, Николаем Петровичем Шубинским. Талантливый адвокат, помощник знаменитого Плевако, Шубинский происходил из потомственных дворян Тверской губернии. На вечерах он затмевал всех своим умом и остроумием: к нему и устремилась Мария Николаевна. Николай Петрович стал для Ермоловой авторитетом, учителем, наставником…

Удивительно, но ее ни капли не смущала разница их профессиональных интересов. Напротив, в одном из писем Шубинскому актриса пишет:

«Говорят, что не следует сходиться людям, занимающимся разным делом, это их разобщает. А мне кажется, напротив, – я бы умерла с тоски, если бы мы занимались одним делом».

Вскоре в семье родилась дочь Маргарита. Кажется, в жизни великой Ермоловой есть все, о чем мечтает каждая женщина. Она востребована в профессии, рядом дочь и любящий муж.

Собственный дом

Семья жила в особняке, купленном Шубинским в 1889 году. Однако стены дома, а главное, его подвалы помнят и более далекие времена – в основании здания можно найти кирпичи 1773 года. Этот особняк построен довольно давно и чудом уцелел в страшном московском пожаре 1812 года! Актриса прожила здесь почти 40 лет, с 1889 по 1928 год. Вы и сегодня можете побывать там, в особняке располагается Дом-музей М.Н. Ермоловой (Тверской бульвар, дом 11).

Когда Шубинский приобретал особняк, по Москве ходили легенды, будто это дом с привидениями. Будто бы один из жильцов убил жену из ревности и по ночам в комнатах слышатся таинственные шаги.

Из-за этих слухов хозяин долго не мог его продать, а потому, когда нашел не столь суеверных покупателей, отдал им особняк вместе с мебелью. Новым владельцам оставалось только переложить паркет. А вот уличные фасады оформили по-новому: на аттике появляется вензель и буква Ш.

Дом-музей М. Н. Ермоловой (Тверской бульвар, д. 11)

Особняк, повидавший немало

В огромном особняке проживало порядка 30 человек (вместе с прислугой). На первом этаже со сводами XVIII века располагались комнаты для конюха и его семьи – Николай Шубинский был крупным конезаводчиком. На второй этаж вела старинная лестница, повидавшая немало мэтров: Константин Станиславский, Владимир Немирович-Данченко, Федор Шаляпин.

Бывал здесь и Антон Павлович Чехов, который с присущим ему юмором по этому поводу заметил: «Цветочек дикий, попав в один букет с гвоздикой, стал душистее от хорошего соседства.

Так и я, пообедав у звезды, два дня потом чувствовал вокруг головы своей сияние».

На втором этаже располагался кабинет Ермоловой, «место восторгов и воспоминаний». В его окнах – необычные сиреневые стекла. Во время Великой Отечественной войны одно из них было разбито, и сегодня на его месте – обычное стекло. Это не случайная ошибка. Сотрудники музея сознательно не стали восстанавливать его прежний вид, так как война – это печальные страницы истории особняка.

Тут же располагается великолепный Белый зал, символизирующий славу Ермоловой. На знаменитом портрете кисти Валентина Серова она запечатлена именно здесь. Во времена актрисы зал использовали для приемов. Пюд Рождество или в честь именин хозяев в нем собирались многочисленные гости, которым за блеском ламп и софитов не сумели рассмо треть очевидного: «счастливый» брак Ермоловой и Шубинского был всего лишь формальностью.

Чужие люди

Как удивились бы гости, если бы знали, что великая Ермолова, к ногам которой летят цветы, была далеко не так счастлива, как им казалось. Актриса, стараясь сохранить внешнюю видимость семейного благополучия, с блеском исполняла роль счастливой супруги. Но свои настоящие чувства она тщательно скрывала…

По словам публициста и театрального критика А. Амфитеатрова, когда гости расходились, Ермолова и Шубинский в своем дворце «вели два отдельных существования – параллельные, но никогда не сливаемые».

Каждый сам по себе

Увы, но личная жизнь великой актрисы складывалась совершенно иначе, чем она ожидала. Отношения с мужем приобретали все более сложный характер. Все заметнее проявлялась разница во взглядах на жизнь, во вкусах, в характерах.

Александр Амфитеатров, хорошо знавший обоих, так писал про их союз: «Вода и камень, лед и пламень» не столь различны меж собой своей взаимной разнотой, как разны были эти два существа и, казалось, так чужды одно другому, в вечной, однако, соединенности брачным венцом».

Никто не подозревал, что на самом деле происходило между Ермоловой и Шубинским. Они поженились по большой любви, но вскоре их пути разошлись. Шубинский на стороне заводил романы, а Мария Николаевна, строгая серьезная женщина, встретила новую любовь – профессора Московского университета Константина Павлинова.

Отношения с дочерью

Актриса страдала, но не могла уйти из семьи ради 8-летней дочери. Принесло ли это ей счастье? Гнетущая обстановка, царившая в доме, в первую очередь, отражалась на жизни Маргариты: «Я – не любимая отцом, любимая, но далекая матери – вертелась между ними обоими, не зная, какую печальную роль звена мне выпало на долю играть, и сама не понимала ничего, и меня не понимали… и ничего не могло быть печальнее, чем наша общая жизнь во имя долга».

Ермолова страдала. Скрытная по природе, она еще больше замкнулась в себе, и сквозь обычную сдержанность и молчаливость было трудно распознать огромную любовь к дочери.

Когда Маргарите исполнилось 12 лет, Ермолова написала: «Дорогая моя, милая, я люблю тебя больше всего на свете, не верь моей внешности, знай, что мое сердце всегда открыто для тебя! Что же мне делать, что у меня такой характер дурной, я ведь сама сержусь на себя за это…»

Жизнь после революции и эмиграции мужа

В начале XX века Шубинский стал депутатом Государственной думы, а потому после революции 1917 года у него был только один выход – эмиграция. Но Мария Ермолова осталась: «Во всем хорошем и плохом я истинная дочь Москвы».

И хотя в 1920 году Моссовет передал Ермоловой дом на Тверском бульваре в пожизненное владение, в облике актрисы что-то изменилось. На сцене она еще продолжала покорять драматические высоты, но в жизни это был уже другой человек.

В 1920 году торжественно и пышно отпраздновали 50-летний юбилей творческой деятельности Ермоловой. Вся Москва чествовала актрису и этот юбилей превратился в праздник всех московских театров. Мария Николаевна на балконе своего особняка приветствовала колонну артистов, несущих транспаранты: «Слава великой Ермоловой». В том же году Марии Николаевне первой было присвоено звание «Народный артист Республики».

Непревзойденная

Однако солнце русской сцены склонялось к закату. Ермолова всегда была «великой молчальницей», но в последние дни вела особенно замкнутый образ жизни. Рядом с ней лишь родные и врачи… Она умерла 12 марта 1928 года в возрасте 74 лет. Актрису, как она и завещала, похоронили в подмосковном селе Владыкино, рядом с родителями и сестрами, а в 1971-м перезахоронили на Новодевичьем кладбище.

За полвека театральной деятельности Мария Ермолова сыграла почти триста ролей, и все эти созданные на сцене образы она слагала в единый образ сильной свободолюбивой женщины.

Такой она для нас и останется – «героической симфонией русского театра», хозяйкой особняка на Тверском бульваре, истинной королевой «от головы до ног» на портрете Серова.

На долгую память

Константин Сергеевич Станиславский считал Марию Ермолову целой эпохой для русского театра. В одном из писем он, верный и неизменный почитатель таланта актрисы, с восторгом писал:

«Неотразимо ваше облагораживающее влияние. Оно воспитало поколения. И если бы меня спросили, где я получил воспитание, я бы ответил: в Малом театре, у Ермоловой и ее сподвижников… Вы возглавляете нашу русскую артистическую семью…»

Москвичи ахнули, когда после очередного спектакля восхищенные игрой студенты остановили карету Марии Николаевны, вы прягли лошадей и сами довезли любимую актрису до дома!

Но Ермолова навсегда вписала свое имя в анналы истории не только пером гениального драматического дарования.

Она человек широкой души, готовый протянуть руку помощи каждому, кто в этом нуждается. Мария Николаевна искренне считала, что «…бесценный самый дар – доброта сердца, это лучшее, что есть в человеке».

<< 1 2 3 4 >>
На страницу:
2 из 4

Другие аудиокниги автора Оксана Владимировна Монахова