Потом начались драки. То они с поляками подерутся, то ещё с кем. После очередной драки мы шли пешком из больницы Уни-Клиники 8 км домой: ему сломали челюсть. Мы поздно возвращались из больницы, и транспорт уже не ходил, а на такси не было лишних денег. Поначалу это было прикольно и весело и воспринималось как приключение.
Его примером для подражания был Дон Корлеоне, и прозвище ему дали друзья Итальянец – потому что он темноволосый и шустрый. Только до Дона Корлеоне ему было очень далеко.
В 19—20 лет всё воспринимается ещё не так остро. С ним всегда было весело, и он постоянно вляпывался в какие-то приключения. Эти пьянки, раскурки, распитие спиртных напитков за контейнерами. Они выпивали до полуночи, я не могла его никак забрать домой. В общем, это веселье продолжалось уже год-второй, постоянно он попадал в какие-то передряги и в какие-то проблемы. Любимое его дело было – это выпрыгнуть в окно и залезть, нормально же он не мог себя вести. И так делали многие, чтобы их не заметили соседи по комнате. Его женатый товарищ, с кем они пропадали вне дома, также любил заходить через окно. У них за стенкой жили родители его жёны, и ему нужно было незаметно, без шума пробраться домой.
Большинство мужей избрали для себя такой образ жизни, они были как команда собутыльников. Многие там выпивали, раскуривались, не работали и непонятно чем занимались. На них не было никакой управы – вместе они чувствовали себя сильными героями. Было дело, мой муж жаловался другому, мужу моей знакомой, которая тоже там жила: «Почему твоя жена влияет на мою жену?» Мы ещё и плохими были, что запрещали им выпивать.
Оказывается, мы мешаем им пить и гулять, не даём веселиться, это мы плохие, как всегда, – это классика жанра. Они до ночи любили посидеть за контейнерами. Работать они не хотели, где он находил новых дружков – не знаю. Частенько бывало, что он приходил домой с вынесенной челюстью после драк, после каких-то разборок. Были постоянные приводы в полицию. Я как хорошая жена везде его сопровождала и его поддерживала. Успокаивала себя: «Ну ладно, дело молодое, пусть выпивают, что ж теперь, все пьют – и он пусть пьёт». Но потом люди стали обращать моё внимание на это, на его выходки, говорить, что это недостойное поведение. Я потихоньку начала уже прислушиваться, что говорят люди, смотреть, как живут другие, и подумала, что, может быть, и правда это за гранью нормального.
Мы прожили в тех контейнерах в Дюссельдорфе почти два года. Я подумала – не пора ли нам уже снять своё жильё, ведь многие давно выехали из контейнеров. Мой муж не думал даже искать квартиру, всё приходилось делать мне: звонить по объявлениям, искать жильё по жилищным кооперативам. Большинство его собутыльников уже переехали в квартиры. Жильё на тот момент мы искали кооперативное – это такое доступное жильё, и город оплачивает за квартиру тем, у кого маленький доход, и даже депозит за три месяца платит город. Депозит – это оплата типа залога, и нужно было заплатить три аренды, чтобы заехать в квартиру.
К тому времени мы жили в двухкомнатной квартире, как сейчас помню, это была первая наша отдельная квартира площадью 60 квадратных метров, и я думала на тот момент, что эти гулянки-пьянки прекратятся и что я ему буду важнее, чем его дружки. Но, само собой, я ошиблась, это преступный оптимизм, как и у большинства женщин: верить, что будет лучше. К нам в квартиру стали регулярно приходить его друзья. Мы сами начали делать ремонт, клеили обои, обустраивали быт. Я даже сама научилась клеить обои. Постоянно приходили его друзья, и ни один из них не помог с ремонтом, только отвлекали и надоедали.
Он любил привести к нам домой компанию своих дружков, а мне надо было рано вставать утром в гимназию. Они не стеснялись и сидели до полуночи, я шла спать, закрывала дверь в спальню, благо квартира была двухкомнатная. Я помню, один из его друзей попросил сделать ему чай, время ночь, – и мой муж даже глазом не моргнул. Сам привёл гостей, пусть сам и делает своим друзьям чай.
Рядом с Дюссельдорфом находится Голландия, до Рурмонда всего 62 км, там продают в свободном доступе лёгкие наркотики, и они часто туда ездили за травой. Странный блеск в глазах наводил меня на мысль, что что-то с ним не то, а это, оказывается, от курительных смесей. Я не курю и понятия не имела, что они вытворяли. И я поняла: его вспышки агрессии – из-за травы и алкоголя. Конечно, покурив и запив всё алкоголем, люди теряют над собой контроль и становятся неуправляемыми. Вот это общее увлечение и тянуло его к друзьям.
В Дюссельдорфе я пошла учиться в немецкую гимназию, для общения с коренными немцами. В Кёльне мне признали моё свидетельство об окончании гимназии в России, мою учёбу в экономическом колледже в России, но год всё-таки я доучилась в немецкой гимназии. Образование в Германии никакое, я не понимаю, как тут вообще учатся. Русская школьная программа в России намного сильнее, чем в Германии.
Мы ни в чём не нуждались, город выдал нам талон на мебель, и мы смогли выбрать мебель, которая нам понравилась. Семьям с маленьким доходом выдавали так называемые ваучеры, и мы могли взять любую понравившуюся мебель со склада. Это типа красного креста – где помогают переселенцам и всем нуждающимся. Все условия для комфортного проживания нам предоставил город Дюссельдорф. Казалось бы, живи да радуйся! Но эта дурная компания испортила всю нашу дальнейшую жизнь. Поначалу я думала, что это пройдёт, но всё только усугубилось. Друзья имели на него огромное влияние – я это поняла теперь. Социопаты поддаются влиянию социума, влиянию окружения, они предпочтут слушать других, они заботятся о других, но не заботятся о себе и своих близких, – так бы я описала его, то есть каждый кузнец своего счастья и каждый делает себе жизнь сам. Если человек сам не хотел стараться, не хотел работать, найти квартиру, я не могла на него повлиять.
На моё счастье, мои родители не подавали мне пример такой жизни, где приходили бы дружки отца и они бы распивали алкоголь у нас дома. Я такой жизни не видела и никому не советую так жить. Ключевую роль в нашем расставании сыграла мама моего мужа: она не поддержала меня и не поговорила с ним. И мне даже казалось, что в мою сторону были какие-то такие косые взгляды, и прошёл слух, что это чуть ли не я виновата в том, что он выпивает. А то, что они бросили его в подростковом возрасте одного, уехали в Германию, – это нормально. То есть его вся семья уехала с новым мужем и его сводной сестрой, я видела её ещё в России, она приезжала совсем маленькая. И получилось так, что он был брошен один в России на произвол судьбы, ещё совсем подростком, когда у него была неокрепшая психика. Я даже тогда это понимала, что он один, и я думала, мы будем держаться вместе. Мы начнём новую жизнь в Германии и будем идти по жизни рука об руку. У нас были очень хорошие отношения, мы всегда были как партнёры, как друзья, меня, в принципе, все устраивало, кроме его пьяных выходок. Пьянство я никак не могла терпеть, потому что это для меня неприемлемо. Какие бы отношения ни были, пьянство я не потерплю. Каждый раз, когда я ему говорила, что он пьянь, он что-нибудь разбивал. Я, может быть, понимала, что в будущем это всё может очень плохо закончиться.
Я не желала себе такого мужа.
Мы познакомились с большим количеством людей в контейнерах и на курсах страховой компании Hamburg-Mannheimer. Мне очень пригодился мой опыт общения с людьми, мне пригодилась работа в страховой сфере, потому что Германия – это страна страховок, тут у каждого гражданина есть минимум пять страховок на все случаи жизни, минимум накопительная, ущерб третьим лицам и всякие автомобильные, конечно, страховки, и люди страхуются очень охотно в Германии. Так как я очень общительная и моё хобби – наблюдать за отношениями и людьми, я начала осматриваться: а как живут другие? Как живу я? Так как рассчитывать нужно было только на саму себя, я много анализировала, я делала выводы, я наблюдала за действиями своего мужа, старалась сделать всё для этих отношений и для нашей семьи. Когда я поняла, что его мама отказывается со мной кооперироваться, я разочаровалась в ней. И пришло осознание, что помощи ждать неоткуда.
Я нашла работу в фирме по уходу за пожилыми людьми, с проживанием. Там надо было очень много работать и была достойная оплата, я помню, это было 1500 марок на руки. В Германии, если есть деньги, можно в старости жить дома, а не в доме престарелых. Персонал будет сутками дежурить и жить в квартире. Фирма организует доставку еды, будет присылать парикмахера, будет приезжать мастер по маникюру.
В один прекрасный день я ушла на сутки на работу. А мой муж поехал кутить. Потом, как выяснилось из материалов дела, он решил сесть в чужую машину и завести её. Они там что-то покурили-выпили, и он решил включить музыку в магнитоле. Он разбил чужую машину, въехал в ограждение на газоне. Таким образом, он нанёс ущерб автовладельцу и городу, потому что эти ограждения, в которые он въехал, принадлежат городу. Машина была на передаче, так как у него не было прав, он, видимо, этого не знал либо был под воздействием каких-то препаратов, сейчас это уже не столь важно.
Важно, что он в моё отсутствие коротал время за распитием спиртных напитков и дружил с дурной компанией. Приехала полиция, выписали акты и штрафы. Без прав и без страховки попасть в такую ситуацию – это означает попасть на сумму денег. Так как страховая фирма взыщет с него сумму, оплатив ремонт за него. Я тогда уже начала задумываться, что работаю сутками, а мой благоверный ходит непонятно в каком обществе и устраивает какие-то дела типа аварий и тому подобного. Я случайно это узнала, когда домой пришли полицейские.
В Германии всё очень строго. Когда я работала сиделкой, я решила позвонить с домашнего телефона родителям в Россию. Конечно, я бы оплатила все счета. Но в один прекрасный день меня вызвала хозяйка фирмы, в которой я работала, и поинтересовалась, откуда в телефонной распечатке звонок в Россию. Я честно призналась, что звонила своим родителям. И готова тотчас оплатить все телефонные разговоры. Меня уволили за это без всяких разбирательств и предупреждений – вот такой вот порядок в Германии. И Германия меня научила дисциплине. Так как зарплата была очень хорошая, я просила меня не увольнять, сказала, что я всё поняла и что такого больше не повторится. Но моя начальница и хозяйка фирмы была непреклонна и в тот же день меня уволила. Я очень расстроилась, что из-за телефонного звонка меня уволили. Но как говорил Суворов: «Тяжело в учении, легко в бою». Мне всё пригодилось в жизни, и опыт, и новые знакомые с работы, мы общаемся до сих пор, спустя столько лет.
Я устроилась на работу в греческое кафе, где должна была работать с вечера до утра, часов до четырёх. Это очень тяжёлая работа, где надо было разговаривать с каждым посетителем, мне задавали очень много вопросов. Но, с другой стороны, это было толчком к моему осознанию того, с кем я живу, зачем я живу и для чего я живу с мужем. Люди приходят поговорить, и мы, бармены, тоже рассказывали о себе.
Очень много женатых мужчин сидели там до двух часов ночи, и я подумала: «Я себе такой жизни не хочу. Ждать, когда муж нагуляется, напьётся пива и придёт домой, а я сиди и нянчи детей». Меня бы такое положение вещей не устроило. Я смотрела всегда, как живут другие, как относятся к жене и детям, что про них рассказывают.
Моя работа подразумевала делать фраппе (это греческий холодный кофейный напиток), коктейли, пиво и другие напитки. Очень многие со мной заговаривали и спрашивали, откуда я приехала, кто у меня муж, чем я занимаюсь; такие обычные вопросы, когда посетитель разговаривает с барменом.
Многие мужчины стали обращать на меня внимание: «Ты такая маленькая симпатичная блондинка, почему ты работаешь на такой тяжёлой работе по ночам? Твой муж должен беречь тебя и не отпускать на такую работу». Я начала уже задумываться, что это действительно так и что я не желала себе тяжёлой работы и не хотела такой жизни. Работать нужно было, потому что это новая страна, которая меня очень хорошо приняла, и это норма – работать, и тем более платили хорошие деньги и чаевые. В Германии все бармены и работники в ресторанном бизнесе получают достаточно хорошие чаевые.
Я больше стала узнавать Германию, местный уклад и устои. И самое главное – как живут женатые мужчины в браке. И для себя я сделала главный вывод: не торопиться с детьми.
Я считаю, что моя общительность помогла мне в жизни. Я люблю живое общение, люблю новые знакомства, я расспрашиваю людей, какие у них хобби, интересы. И как видите, это мне пригодилось – умение анализировать ситуацию и умение посмотреть на себя со стороны, – чтобы вовремя суметь принять решение уйти из таких отношений. Потому что в моей семье и вообще у моей родни не было в роду употребляющих алкоголь. И никакие отношения или ваша любовь не спасут алкоголика от алкоголя. Это проверено лично на мне, это доказанный факт. Алкоголик не бросит алкоголь ради вас, мне даже казалось, у меня ревность к водке. Что водка дороже меня – и меня это никак не устраивало. Я проиграла бой водке, зато выиграла время и обрела себя. Потерять себя – вот что самое страшное, и жить интересами зависимого человека. И каждый раз дрожать от страха, что же на этот раз он разобьёт и поломает дома.
Детей в то время мы не хотели. Мне было 18 лет, ему – 22, я ему доверяла, и мы были одной командой. Мы были откровенны друг с другом, мой муж мне признался, что из-за того, что его бросила мать в 12 лет, привела нового мужчину, он не хочет детей. Он расценил поступок матери как предательство, чувствовал себя обделённым её вниманием. Его мама была эмоционально холодной женщиной. Я с ней так и не нашла общий язык.
Очень много проблем у молодых семей из-за свекрови, я постоянно читаю рассказы женщин на форумах про свекровь и недовольство. Поэтому я решила не портить себе жизнь и приняла правильное решение на тот момент, не стала заслуживать их расположение.
Мы оба не хотели детей, потому что это большая ответственность, мы планировали пока пожить без детей, создать какую-то материальную базу, найти квартиру, хорошую работу, хороший ремонт. Мы хотели пожить для себя и поняли, что это верное решение – не торопиться с детьми. Отсутствие детей и спасло меня – и если бы у нас были дети, то моя жизнь бы не была такой как сейчас. Дети меняют всё, и это полная зависимость от них и перестройка всей жизни под детей.
Рожать ребёнка любой ценой, не имея базы, не имея своих денег, не имея определённых условий, – это утопия. Может быть, некоторые скажут: «Ах, дети – это женское счастье», но это совсем не так; как показала жизнь, дети – это не основа, не женское счастье и не самоцель в жизни. Если бы я тогда родила от него, я бы всю жизнь сожалела об этом и ездила бы на длительные свидания по тюрьмам с ребёнком.
Так как я работала на такой работе, где было очень много мужчин, очень много людей со мной заговаривали. Я нашла себе мужчину, у него отношения с женой уже были закончены, они жили раздельно. Там были постоянные скандалы и постоянные склоки, она манипулировала детьми и запрещала ему видеться с ними. Я ушла жить к нему. Это были два года счастливых отношений, знакомство с его родителями, поездки в отпуск. У него была небольшая автомойка. Мы жили счастливо до того момента, пока его жена не отдала нам детей-близнецов на неделю к нам пожить.
Дорогие женщины, если вы хотите устранить соперницу либо любовницу, отдайте своих детей новой женщине на пару недель пожить. Лично меня это не устроило – воспитывать и кормить чужих детей, хотя вы знаете, другие женщины бы это терпели, но я не намерена делить своего мужчину с другими, не намерена это наблюдать, потому что это не последний мужчина на Земле.
В Германии к женщинам относятся совсем иначе, чем в России. В Германии женщины самодостаточные, они не цепляются за мужчин и замужество. В Германии женщины живут своей жизнью, хобби и интересами. Родить после 35—40 лет в Германии для женщины это обычное дело, когда она сама решит, а не общество и мама.
И женское счастье совсем не заключается в другом человеке и рождении детей.
Я поняла, что мужчина с ребёнком хочет доказать самому себе и своей бывшей жене, что он ещё на что-то способен, что он может найти женщину моложе и лучше. Я очень много общаюсь с миром мужчин – и 50% женатых сидят на сайтах знакомств, даже не скрывают свой статус и честно признаются: «Хотим самоутвердиться». А самодостаточный человек не будет самоутверждаться за счёт любовницы. В моём случае я была с этим мужчиной для того, чтобы уйти от своего мужа, но никак не увести его из семьи, как мечтают многие женщины. Мы решили разойтись с тем мужчиной, потому что его дети постоянно стали приходить к нам, постоянно он ими занимался и по ним скучал. Он построил дом, его жена сказала, что выделит ему место в подвале, и он принял решение жить в своём доме вместе со своими тремя детьми.
Я ушла от своего того мужчины, так как было невыносимо терпеть его ночёвки у жены и детей. Мне было всего 22 года – и я тратить свою жизнь на чужих мужиков и детей не планировала. И насмотрелась на его семью – спасибо ему за этот опыт. Детей надо воспитывать, и дети должны жить с мамой и папой. Он переехал назад к детям – и я понимаю, это было правильное решение. Этот опыт был очень полезен, и тот мужчина на многое открыл мне глаза, на семейную жизнь, детей и на отношение к жизни в целом. Я предпочитаю общаться с людьми, которые могли бы дать совет, подсказать. Но нужно не забывать о своих приоритетах и ценностях – и не жить чужими советами и жизнью и для себя отфильтровать только полезное. А то так и недолго впасть в зависимость от чужого мнения и нарваться на манипулятора.
Я, конечно, не препятствовала этому, я за семейное счастье и за детей. Я благодарна ему за эти два года, он мне отдал всю мебель и помог с переездом, помог найти квартиру.
И что вы думаете? В один прекрасный день я получаю письмо по месту прописки с бывшим мужем. Он проживал всё ещё там. Приходит письмо от судебных приставов, в котором сказано, что нам даётся месяц на освобождение квартиры и такого-то числа приедут судебные исполнители и выкинут всю нашу мебель. Основание для этого: неоплаченные счета за квартиру. Мой муж не платил целый год за квартиру. Он целый год веселился, он целый год ездил на Украину, у него был друг из контейнеров, с которым они постоянно ездили в Киев. Я удивлялась, откуда он взял деньги на поездки в Украину. Самое интересное – что ему было вообще не стыдно за это, ему было абсолютно всё равно. Он ни о чём не думал и ни чём не парился. Как говорит моя мама: «У дурачков голова не болит, они не заморачиваются». Заметьте: всякие психи, манипуляторы, социопаты спят хорошо по ночам – и их не волнует, что происходит вокруг. Я тогда чуть не умерла от стыда: как я всё это расскажу знакомым? Что приставы нас принудительно выселили? Хватит нянчиться и спасать человека, которого ничего не беспокоило, почему меня это должно было волновать? Ему перечислял город деньги на оплату квартиры, а он на эти деньги ездил в Киев и развлекался.
Безбашенный, как говорят; и я поняла, что я сделала правильные выводы относительно его.
Моего мужа выгнали с вещами из квартиры, я пустила его пожить к себе. Я сняла однокомнатную квартиру, и муж переехал жить ко мне. Пожалела я его, как всегда. На моё счастье, в скором времени мой муж улетел в Россию.
Месяц его нет, два его нет… В контейнерах я познакомилась с потомственной гадалкой из Киева, точнее, меня познакомили. Я пошла на приём, заплатила 25 марок. Достаю фото и спрашиваю: «Когда приедет мой муж?» Гадалка спокойно ответила: «Он НЕ приедет».
Я думаю: «Как не приедет – его вещи тут, мы не разведены, прописан в Германии». И что вы думаете? Он не вернулся. И не виделись мы после этого лет пятнадцать…
А случилось вот что: он поехал в Россию в очередной загул, встретил своих криминальных дружков – и там и остался. Прям как в кино: шёл, упал, очнулся – гипс. Этот человек авантюрист, где бы он ни был, он притянет проблемы и неприятности.
В один прекрасный день раздаётся звонок в дверь. Я открываю: стоят 2 полицейских. Показывают ордер на арест. Пока он жил у меня – он натворил ещё много дел, про которые я не знала.
Его взяли пьяным на улице и попросили предъявить паспорт. Он стал оказывать сопротивление, назвав полицейских свиньями. А за оскорбление представителя порядка штраф около €1000 и выше. Тогда были марки, и согласно судебному решению ему выписали 8000 марок штрафа за оказанное сопротивление и за разбитую полицейскую машину. Когда он оказывал сопротивление, ему надели наручники. Он головой пробил им в машине вмятину – и оскорблял сотрудников полиции.
Полицейские поинтересовались: «Где ваш муж?» Я на это отвечаю: «Я сама хотела бы это знать, где. Он пропал и давно не появлялся – и я сама его ищу. Проверьте по базе данных на таможне, пересекал ли он границу Германии». С тех пор меня полиция не беспокоила. Ему присудили выплатить денежный штраф или 60 дней тюрьмы. И было приложение в ордере на арест, какие вещи собрать с собой в тюрьму. Ему очень повезло – он был в России и отсидки ему удалось избежать.
Когда он выпивал, в нём просыпался демон. Утром он просыпался и отвечал: «Это был не я».
Как-то мы возвращались из гостей с взятыми на прокат у друзей видеокассетами. Идём мы по улице, уже не помню, о чём был разговор. Он вдруг берёт пакет с чужими видеокассетами, кидает его об асфальт —и исчезает в ночи. Странное поведение, я даже не успела испугаться. Пришла домой – и не знала что и думать. Это серьёзный звоночек, если от вас убегают, разбивают предметы и буянят. Подобное поведение указывает на проблемы, в первую очередь с самим собой. Я тогда списала всё на его трудное детство, на то, что пришёл новый папа в семью, рождение нового ребёнка и ненужность. Его воспитывала улица, и улица имела на него огромное влияние.
И сейчас можно прочитать отчёты психологов, что социопаты – это криминальные элементы и авантюристы, которые обладают определённым шармом и умеют расположить собеседника. Их жизнь учит изворачиваться, врать и выкрутить всё так, как им выгодно.
Ещё припоминаю: мы могли ехать в трамвае, и если кто-то не так посмотрел, то он мог спросить незнакомых людей: «Что смотришь?» Мой муж из тех людей, у которых лучше не спрашивать сигарету и которым лучше не задавать вопросов. Непременно завяжется драка или перепалка минимум.
Я это неоднократно наблюдала. Когда мы компанией гуляли в нашем районе, к нам подошли люди и спросили что-то. Я ушла вперёд, оглянулась – они уже дерутся. На наше счастье, с нами был его друг, тренер по киокусинкай – это такая разновидность каратэ. И он спас его, как всегда, от сломанной челюсти минимум.
Я помню, я училась в экономическом колледже – и мы пошли гулять с однокурсницами в парк. Это было что-то вроде пикника. А он был с другом по работе. Мы шутили, веселились, и вдруг неожиданно на спор он разбил трёхлитровую банку себе об голову – и ничего с ним не случилось, а банка вдребезги. Это уже мне тогда показалось нестандартной реакцией. Он, конечно, в тот день пил алкоголь, а пьяному и море по колено.