– Выглядишь уставшим.
– Я всю ночь пытался сделать то, что и с тем роботом в гараже, – признался Уранио.
– Все еще болеешь этой идеей? И как дела? Робот снова с ума сошел?
– Нет. Просто данные, что были на него записаны, сами стерлись. Словно он сам их и стер.
– Сам себе диск отформатировал, – пошутил Алфей.
– Не думал, что человеческий разум настолько несовместим с компьютерным.
– Интересно, что будет, если проделать это с женским?
– Я уже пытался, – сказал Уранио, уставившись в свою чашку.
– И что вышло?
– Робот начал ломать свою голову.
– Кто же согласился на этот эксперимент?
– Моя тетя. Она посоветовала обездвижить его. Поэтому я привязал его руки к креслу.
– Понятно, – протянул Алфей. – Интересно, какая у тебя тетя.
– Она удивительная женщина, в саду работает, – произнес Уранио и задумался. – Она тогда сказала, что робот словно волосы на себе начал рвать.
– Женский разум видимо сделал свое дело.
– Не хочешь еще раз попробовать?
– Нет. Лучше познакомь меня со своей тетей, – ответил Алфей и уставился на шоколадку, которую Уранио продолжал держать в кофе.
И на следующий день желание Алфея исполнилось – тетя Уранио пришла прямо в офис. Ею оказалась высокая стройная женщина с огненно-рыжими волосами, что были собраны в высокий хвост. Алфей принял ее за клиента или спонсора, пока не присмотрелся к глазам. У нее был совсем не такой взгляд как у племянника, но глаза были такими же карими.
– Доброе утро, – произнесла она приятным низким голосом.
– Доброе утро, – сказал Алфей.
– Так здесь работает Уранио? – продолжила она.
– Вы его тетя?
– Да, меня зовут Каллисто.
– Очень приятно, Алфей.
– Взаимно.
– Уранио еще не пришел.
– Я знаю, он и не придет. Его рано утром положили в больницу.
– О нет.
– В общем, я здесь, чтобы забрать его планшет и предупредить об этом вас, – объяснила Каллисто.
– Ясно, – произнес Алфей, вставая из-за стола, и поспешил к тумбе, что стояла у окна.
На ней и лежал тот самый планшет, его часто приходилось видеть в руках Уранио. Алфей передал его Каллисто, которую решил проводить до выхода.
– Спасибо, – произнесла она, получив планшет.
– Всегда пожалуйста, – сказал Алфей, когда они вместе покинули кабинет. – Я еще вчера заметил, что с ним что-то не так. Он слишком много работает, и, кажется, почти не спит.
– Да, он не привык себя жалеть, – подтвердила Каллисто, глядя на то, как собирали протезы. – Но достигли вы многого.
– Знаете, когда я вернулся, я и представить не мог, что мы будем работать вместе. Я рассчитывал на поддержку совсем других людей, но они меня даже толком слушать не стали.
– А мой муж не поддержал Уранио, когда он решил поступить в технологический. Думал, он провалит вступительные.
– А что думали об этом его родители? – спросил Алфей.
– Он потерял их, когда ему было три. Он их совсем не помнит. Его после этого растила бабушка, а потом мы с мужем.
– Ясно. Он мне об этом ничего не рассказывал.
– Он слишком многое держал и держит в себе, – произнесла Каллисто, когда они спустились на первый этаж.
– Знаю.
– С ним иногда тяжело из-за этого.
– Но если это делает его гением, я не против, – добавил Алфей.
– Рада, что вы его за это цените, – произнесла Каллисто и покинула стены фабрики. – Всего доброго.
– Всего доброго, – сказал ей вслед Алфей, которому почему-то покоя не давала печаль в ее глазах.
И уже вечером, он понял, почему у нее был такой взгляд. Алфей шел по больничному коридору в сторону палаты, где лежал Уранио. Он прочитал название корпуса и перестал чувствовать собственные ноги, а когда обнаружил нужную дверь, некоторое время просто стоял перед ней. Но ему все-таки пришлось войти и увидеть знакомый усталый взгляд.
– Привет, – невозмутимо произнес Уранио, который лежал у окна с капельницей в левой руке.
– Привет, – выдавил из себя Алфей.
– С тобой ведь утром моя тетя познакомилась?
– Да, она, как я вижу, передала тебе планшет, – продолжил Алфей, уставившись на устройство, что лежало на подоконнике.