Макс: Здесь в домике пусто без тебя, Элис. Даже и спать не хочется. Никс тоже не спит. Ходит по комнате и скулит.
Элис: Макс, я ужасно хочу к тебе, но из-за родителей не смогла поехать к тебе. Прости меня.
Макс: А говорила, что очень любишь.
Элис: Люблю очень сильно.
Макс: Не верю.
Элис: Как доказать?
Макс: Любовь не доказывают, её чувствуют.
Элис: Ты не чувствуешь мою любовь?
Макс: Конечно, чувствую, любимая. Твою любовь нельзя не чувствовать. Спи уже. Спокойной ночи, Элис.
Элис: Макс, я не могу прощаться с тобой, – написала я и встала с постели.
Немножко постояв в комнате, я надела свое короткое летнее платье и устремила свой взор в сторону леса.
5 глава
Я сама не понимала и не давала отчет своим действиям. Я открыла окно и медленно вылезла наружу, взяв с собой свои сланцы. Уверенными шагами, спотыкаясь в темноте, я шла в сторону домика в лесу. Было так страшно, что ноги дрожали подо мной, но это меня не останавливало. Я не догадалась даже взять тайком папин фонарик в гараже и, светя телефоном, шла по тропинке. Не могу перечислить, сколько раз я падала, но все же вставала и продолжала свой путь. Ведь я шла к любимому и мысли, что скоро увижу его, снова давали силы одолеть страх, который окружал меня со всех сторон в лесу. Крапива обожгла мне ноги и колючки расцарапали мне голые руки и ноги. Только я все равно шла не останавливалась, приближаясь все ближе и ближе к любимому Максу.
Я была уже на полпути, как пошел такой дождь, что я еле разглядывала свой путь. Мне казалось, что я уже сошла с пути и сейчас окажусь где-нибудь в пропасти. Телефон не реагировал на мои мокрые руки и выключился. Таким образом, я лишилась последнего света. Только какая-то сила привела меня к домику, и я уже стояла перед ним, вся намокшая до нитки. В домике не горел свет и, подойдя ближе, я начала всматриваться внутрь дома. Машина Макса стояла во дворе, и я была уверена, что он дома. Руки и ноги ныли так, что я еле терпела эту невыносимую боль.
Я присела под козырьком домика и начала еще сильнее дрожать от холода. Мне не хотелось уже будить Макса, чтобы он видел меня в таком состоянии.
Только Никс, внутри дома, почувствовал, что за дверьми кто-то. Он, подбежав к порогу и начал лаять. Макс, который еще не спал, встал и открыл дверь. Я сидела на лестницах, собрав ноги под себя, и дрожа от холода. Увидев меня, он подбежал ко мне и обнял меня.
– Элис! Как это понимать?! – Возмущенно спросил он, не выпуская из своих объятий.
– Не спрашивай,– дрожащим от холода голосом попросила я, обнимая его.
Я не была в состоянии, что-либо говорить еще, поэтому прижавшись к нему только дрожала.
– Тебя выгнали из дома в такой дождь?! – Спрашивал меня Макс, снимая свою майку и вытирая мои мокрые от дождя плечи и волосы.
– Нет, меня не выгоняли. Макс, я не могла заснуть без тебя, – только и смогла сказать я.
– Какая же ты глупая, Элис, – он одной рукой вытирал меня, а другой обнимал.
Он помог мне встать и завел в дом. Сильный ветер порвал провода. В доме не горел свет, и Максу пришлось зажечь свечку, которую он с трудом разыскал в темноте в шкафу. Он снял с меня мокрую одежду и надел на меня свою футболку.
– Как ты могла, глупая? Ты могла наткнуться на хищных зверей, – продолжал меня ругать Макс и вытирать полотенцем.
Когда он в темноте, не видя мои раны, протирал мне руки полотенцем, я начала вскрикивать.
– Больно.
Он включил свой телефон и в его свете увидел ужасные царапины и порезы на моих ногах и руках. Щеки мои тоже в нескольких местах были порезаны колючими кустами.
– Элис, ты сумасшедшая. Что ты сделала? Если ты так хотел ко мне, могла бы сказать мне об этом. Я бы сам привез тебя на машине. – Он начал нежно дотрагиваться до моих ран и целовать их.
– Я боялась, что ты не приедешь, – ответила я, все еще дрожа от холода.
– Какая же ты глупая, Элис.
Макс уложил меня в свою теплую постель. Он лег рядом и прижал к себе, стараясь не касаться моих ран.
За окном продолжал идти дождь с сильным ветром. Капли дождя ветер с силой швырял об стекла окон, но мне уже не было страшно и холодно. Я лежала в объятиях человека, которого обожала всем сердцем. Чтобы увидеть его лишний раз, проделала в темном лесу такой путь под дождем и ветром. Я прижалась всем телом к Максу и старалась не шевелиться, чтобы раны не болели. Сон начал меня одолевать, но я как могла, так боролась с ним. Мне всего лишь хотелось быть рядом и чувствовать, что Макс рядом. Если бы я заснула, я бы больше не чувствовала любимого, поэтому держалась последними силами, чтобы не впасть в сон. Но усталость дала о себе знать и уже минут через пятнадцать, я заснула.
Утром, когда я проснулась, Макс уже был на ногах и заваривал чай.
Я встала и не могла узнать себя. Руки и ноги были в ссадинах. На лице так же было множество порезов и раны давали о себе знать при любом моем шевелении.
– Проснулась, лесная фея? – Макс подошел ко мне с кружкой чая и протянул мне её.
– Проснулась, – я потянулась к нему обниматься.
– Вчера ты меня сильно напугала, Элис, – он начал осматривать мне раны, которые я получила ночью, добираясь до него в темноте.
– Долго ты мне будешь напоминать о моем опрометчивом поступке? – Спросила я и поцеловала его.
– Долго, любимая. Ходить ночью по лесу, очень опасно, – недовольно покачав головой, он начал обрабатывать мне раны пергидролем.
– Мне не страшно и знаешь почему? – Спросила я его, играясь его волосами.
– Почему? – Обрабатывая мои раны, спросил он, стоя на корточках передо мной.
– Потому что, я знала, что ты в лесу и со мной ничего не случится.
– Как же я тебя люблю, моя глупенькая, – он прижал меня к себе и долго не отпускал от себя.
Мы выпили чай и вышли на крыльцо. Вокруг снова пели птицы, а мы так и сидели в обнимку. Зазвонил телефон и я высвободилась из объятий Макса.
Звонила мать и переживала за меня. Я её успокоила и сказала, что рано утром вышли из дома на пробежку, пообещав, что скоро буду. Только никакой пробежки, конечно, не было. Проведя полдня в домике в лесу с Максом, я вернулась домой после обеда. Макс проводил меня до окраины села и пообещал наутро следующего дня снова забрать меня к себе. Только предупредил меня насчет моей неосмотрительности:
– На будущее: если снова захочешь ко мне, то позвони. Я тебя сам заберу, Элис. Обещай, что следующий раз сама одна не будешь добираться до леса.
– Обещаю, Макс. Я больше так никогда не сделаю.
Я тогда и не знала, что не сдержу слово и буду ходить в лес даже в полночь, чтобы вдохнуть запах любимого мной Макса.
Я пошла легкой походкой уже к селу, но Макс все еще стоял и смотрел мне вслед. Я проскользнула в спальню и быстро надела джинсовые брюки, чтобы мать не видела мои раны на ногах. Если был месяц август, и было очень жарко, мне все равно пришлось надеть блузку с длинными рукавами, чтобы родители так же не заметили мои поцарапанные руки. На лицо же я несла пудру и кое-как скрыла царапины.
Весь день я провела с мыслями о том, чтобы скорее закончился день, и наступила ночь. Мне хотелось снова к Максу. Я начинала считать часы до того, как стемнеет. Только летом дни становятся длиннее, и мне приходилось ждать, когда же сядет солнце и на небе появится сонная луна с армией звезд.