Дважды в одну реку - читать онлайн бесплатно, автор Екатерина Каверина, ЛитПортал
bannerbanner
Полная версияДважды в одну реку
Добавить В библиотеку
Оценить:

Рейтинг: 3

Поделиться
Купить и скачать
На страницу:
15 из 15
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– Я много раз спрашивала себя об этом, а потом и особенно во время нашей поездки в Стамбул поняла, с тем, прежним Максимом я бы быть не захотела, а, вернее, даже не смогла бы. Он изменился, а я этому удивилась, как будто это только я могу меняться. Я самонадеянная, да? – Даша и не ждала ответа на этот вопрос, о своей самонадеянности она знала почти все. – А он как-то вырос, хотя это странное слово для взрослого человека, но раньше мне и определение «взрослый» казалось неподходящим для Максима. А вообще в наших отношениях с ним мне слишком многое казалось. И получилось, что я приехала, встретила его, и все, что было надумано, было правдой только наполовину или даже меньше. Меня многое даже злило, это его нежелание беспрекословно слушать меня, способность самому принимать решения, в том числе и за меня. Но что меня по-настоящему удивило и обрадовало очень – это то, что Максим взял на себя ответственность за компанию отца и почти исправил ситуацию. Еще многое, конечно, нужно сделать, но то, что сделано, сделано правильно. Я просмотрела все корпоративные отчеты, что есть у нас в банке, изучила все, что писали в газетах, – призналась Даша. – Сама я принимала бы более смелые решения, немного изменила бы стратегию компании, но и он сделал правильные шаги. Вот как-то так, – закончила свой рассказ Даша. – Знаешь, что странно, помнишь, у меня в Москве был приятель – Дима Захаров, начальник юр. службы металлургического холдинга, приличный вроде человек, успешный очень, интересный, а я не хотела быть с ним, все время вспоминала Максима, не напрямую, а где-то глубоко в душе, но все равно вспоминала. И что-то меня в Диме всегда раздражало, а то же самое в Максиме, в сегодняшнем Максиме, я воспринимаю как должное. Я глупая, да?

Разговора с Людмилой Львовной Даша боялась больше всего, во многом от того, что была очень похожа на нее по характеру, и из-за этой схожести представляла, что должна была чувствовать к ней мама Максима после того отъезда в США, последовавших за ним нелепых и чуть ли не губительных поступков ее сына. Даше хотелось столкнуться с Людмилой Львовной как-то ненароком, начать непринужденный разговор, как тогда в Каннах во время их знакомства, правда та встреча ненароком была спланирована самой Дашей. Юная Даша была на это способна, взрослая Даша – нет, оставалось звонить и договариваться о встрече.

Телефон у Людмилы Львовны не изменился, да и сама она тоже. Красивая женщина из тех, кто действительно становится лучше с годами, чуть прибавилось морщинок в уголках глаз, цвет волос на два тона светлее, чем раньше, и в глазах, и прежде не сиявших счастьем, теперь еще больше горечи и тревоги.

Они сидели в полупустом зале пафосного ресторана, полотна почти импрессионистов на стенах, голос Пиаф из колонок.

– Мне стыдно, – начала Даша разговор, – Мне, правда, стыдно и страшно, – Людмила Львовна удивленно подняла брови. – Страшно, потому что ваше мнение важно для меня и всегда было важно, а стыдно, потому что думала, что делаю правильные вещи, а оказалось – не очень.

– Ты считаешь неправильной вещью свое отличное образование и блестящую карьеру? – спросила Людмила Львовна.

– Я считаю неправильным то, что уехала, ничего не объяснив Максиму, что решила – лучше игнорировать его, чем потом плакать из-за его неспособности не путаться с другими, пока я учусь в США.

– Ты все сделала правильно, – Людмила Львовна взяла ее за руку. – Поверь мне, раз уж мое мнение важно для тебя. Даша, я не буду говорить, что хотела бы такую дочь, как ты. Ты и сама это знаешь, но я рада, что ты не родилась у меня – я бы сломала тебя, как почти сломала Максима. Денис правильно говорил – вы встретились слишком рано. Если бы ты не уехала, это была бы трагедия для тебя, если бы не порвала с ним, мыслями рвалась бы сюда, и тоже ничего доброго из этого бы не вышло. Ты была взрослой, Максим ребенком. Ты хотела быть с ним, он тоже хотел, но, кроме этого, хотел много чего еще, того, что оказывалось ничего не значащим мусором – эти его девушки, даже жены. Он не изменился даже после той истории, когда сбил человека, притих ненадолго, но вскоре все продолжилось. Я во многом виновата, слишком любила, хотела избавить ото всех хлопот и даже мыслей. И я не знаю, что было бы не случись с бизнесом то, что случилось, не уйди из жизни его отец. Я сама потеряла почву под ногами, вдруг оказалась безработной и ни на что не могла повлиять. Я очень тяжело пережила смерть Дениса, я любила его с двадцати лет. И, может, потому что я ничего не могла решать, а проблемы сыпались одна за одной, что-то попытался делать Максим. Это был какой-то безумный эксперимент, я одно понимала: хуже уже точно не будет, пусть делает что хочет. В кои-то веки его никто не контролировал, и он пытался, наивно, дилетантски и даже глупо, но, вопреки прогнозам всех, это сработало, – Людмила Львовна замолчала, она и сама не поняла, как от попытки успокоить Дашу перешла к описанию тех событий, что произошли, пока ее любимой «почти невестки» не было в городе.

– Знаете, раньше я была влюблена в него, а сейчас люблю, – тихо сказала Даша.

– Теперь, когда я знаю, что в нем есть что-то и от меня, а не только от отца, я верю, что он тоже любит тебя. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива, Даша, даже если это счастье будет не с моим сыном. Я слишком хорошо знаю, как жить с мужчиной, который видит на твоем месте другую.

– Вы знали о Марине? – вырвалось у Даши.

– Чуть ли не с первой недели их с Денисом романа, – печально улыбнулась Людмила Львовна, – Не только я одна, об этом знал весь институт, но именно я сообщила матери Дениса о связи с девушкой из неблагополучной семьи, когда стало ясно, что для него все слишком серьезно.

– Они не были бы счастливы вместе, – сказала Даша, – Они слишком разные, и Денис Петрович бы это понял. Марина была моей тетей, и я очень любила ее, но я все понимала о ней, – Даша не лукавила и не пыталась завоевать доверие мамы Максима, она была уверена в том, что говорила.

***

И все же встреча ненароком произошла, вот только, жаль не с тем человеком, с которым Даша бы хотела, хотя она сама понимала, такая женщина как жена Максима ни за что не откажет себе в удовольствии поскандалить с той, кого считает своей соперницей.

Даша в кои-то веки решила уехать с работы в шесть, сразу по окончании рабочего дня, вышла на улицу, вдыхая сладковатый весенний воздух. Максим улетел на пару дней в Москву, и этот вечер она собиралась провести с мамой в салоне красоты.

– Ну, здравствуй, любовь всей жизни! – бархатистый женский голос и облако духов Killian настигли Дашу одновременно.

– Ну, здравствуй! – она обернулась, понимая, что пункт «пережить разговор с женой Максима» будет выполнен с минуты на минуту.

– И, как ты, нормально себя чувствуешь, зная, что из-за тебя он бросил жену и годовалую дочь?

Даша беспристрастно изучала Ирину, с их первой и последней встречи та заметно похудела, и теперь легко можно было представить, что так привлекло в ней Максима. Яркая, с отличными формами и почти кукольным лицом, она была воплощенной мечтой любого нормального мужчины в возрасте от 17 до 70.

– Бросают не из-за кого-то другого, а из-за тебя самой. Так что не ищи виноватых, – Даша окинула Иру снисходительным взглядом и пошла к своей машине.

– Сучка, – услышала она вслед, но даже не остановилась, а только легко улыбнулась.

***

Даша почти полгода посвятила тому, чтобы разобраться в деятельности Константина, а ее завершение оказалось удивительно быстрым и до обидного тихим – банк решил не рисковать своей репутацией и не обращаться в правоохранительные органы, а предложить бывшему управляющему уйти по собственному желанию. На Дашу же с должностью исполняющего обязанности руководителя филиала легла обязанность освободиться от всех схем, которые с трудом можно было назвать законными. Не то, чтобы ей это нравилось, хотя если быть честной с самой собой – ей это не нравилось, она презирала московское руководство и немного саму себя. Эта возня не шла ни в какое сравнение с тем, к чему Даша стремилась, ради чего училась и шла вперед. Да, высокий статус и перспективы, но тот интерес, что двигал ею в прошлые годы, сошел на нет, сдулся как воздушный шарик. Интерес можно было найти в Москве или в Лондоне, к примеру, но и там была несвободна, цейтнот и ненависть к себе за то, что забываешь о жизни вне офисных стен, не зря же инвест-банкиры оканчивали жизнь самоубийством, выпрыгивая из окон небоскребов в Лондонском сити. Этого Даша себе уж точно не желала, особенно сейчас, когда ощущала гармонию и счастье рядом с Максом.

Ярким пятничным утром, выпивая в десять утра третью чашку кофе, потому что подъем в пять тридцать требовал именно таких экстренных мер, Даша твердо решила: она закончит все дела, вызванные деятельностью Константина, и уйдет из банка, эта работа ей не нужна, ей нужно что-то совсем другое, место, где она будет более свободна, не скована репутационными рисками огромной компании, ее ограничениями и необходимостью все время держать перед кем-то отчет. Конечно, Даша не уйдет из профессии, она лишь найдет новое применение всему тому, что знает и умеет.

***

– Максим, а почему ты не хочешь участвовать в конкурсе на строительство нового здания аэропорта? – спросила Даша, потягивая ледяное белое вино. За пару минут до этого Макс сказал ей, что получил, наконец, решение суда о разводе, а Ира переехала из его квартиры в другую. Даша восприняла это как должное.

– Я думал об этом, но, понимаешь, мы слишком закредитованы и получить займы под такую мощную стройку просто не сможем, – ответил Максим.

– У местных банков не сможете, но синдицированный кредит иностранных банков вполне возможен. Это я тебе с уверенностью говорю. И потом, смотри, ситуация такова, что сейчас можно кредитоваться даже под высокий процент, группа Альфа, вошедшая в капитал аэропорта, через оффшоры приобрела доли в аэропортах Краснодара, Анапы и Адлера, там нет своих подрядчиков, которые могут быть серьезными конкурентами, а, значит, если здесь ты сделаешь все идеально, то получишь и те контракты.

Максим задумался, он не знал, как получить синдицированный кредит, и не подозревал о влиянии владельцев местного аэропорта на аэропорты соседних городов.

– Откуда информация о покупке Альфой долей в капиталах других аэропортов?

– В Уортоне на год младше меня училась дочка основного бенефициара группы, мы немного дружили, сейчас она работает у отца. Я просто позвонила ей поболтать.

Максим замолчал, он мог вести дела компании на местном рынке, но не замахивался на проекты, о которых говорила Даша, и в его записной книжке не было телефонов детей российских Форбсов, к числу которых принадлежал владелец той же Альфы.

– Ты знаешь, как все это сделать? – Макс, может, и был дилетантом, но понимал, когда стоит рискнуть.

– Я знаю, – улыбнулась Даша, – А ты доверишь это мне?

– Доверю, – Максим доверял Даше как самой себе.

Проекты компании Максима увлекли Дашу безвозвратно, те месяцы, что ей пришлось завершать дела в банке, она работала по четырнадцать – шестнадцать часов, стремясь успеть абсолютно все. Ей было интересно как никогда. Оказалось, следование четким и логичным схемам, работа в интересах безликого международного холдинга – гораздо менее увлекательное дело, чем риск и развитие бизнеса, судьба которого зависит во многом именно от тебя. Все ее знания и навыки, связи, умение находить выход из щекотливых ситуаций, а подчас и открыто блефовать нашли себе достойное применение. Максим был прав, когда говорил, что строитель из него получился гораздо лучший, чем управленец – он любил свое новое дело и разбирался в нем, понимал особенности и механизмы, и оказался по-настоящему рад, когда Даша взяла вопросы стратегического планирования и ключевых переговоров на себя. В конце концов, строить дома – это мужское дело, а строить планы – женское.

Свой последний день работы в банке Даша завершила без малейшего намека на грусть, наоборот, она испытывала облегчение – один этап ее карьеры и жизни был завершен, предстояло начать и достойно прожить другой.

– У меня к тебе серьезный разговор из трех вопросов, – начал Максим, едва она села в его машину возле крыльца своего теперь уже бывшего офиса.

– Обычно женщины любят так говорить: «у меня к тебе серьезный разговор», и мужчин это пугает, – улыбнулась Даша, – Так вот меня это тоже пугает.

– Тебе есть что скрывать? – улыбнулся Максим.

– Даже не знаю, – ответила Даша, – Ну давай свои вопросы.

– Вот думаю, с какого из них начать, вдруг ты решишь, что это как-то влияет на их значимость для меня.

– Ну тогда начинай в алфавитной порядке.

– Ладно, давай серьезно. Даша, когда и где мы с тобой, наконец, поженимся? – Максима и правда уже раздражало, что Даша, несмотря на свои чувства к нему, не могла найти в своем жестком расписании время на элементарный поход в ЗАГС. Он, конечно, хотел устроить для любимой женщины яркую и пышную свадьбу, благо, у него самого их было целых две, но она отказывалась наотрез, говорила, что не хочет ложного пафоса, глупостей вроде длинного платья и необходимости общаться с толпой людей, многих из которых нет особенного желания даже видеть.

– Давай поженимся в следующую пятницу, – просто ответила Даша, – В среду закончим переговорный процесс с Внешэкономбанком, в четверг подпишем контракт с Альфой, а в пятницу вполне.

– Даша, ты неподражаема, – рассмеялся Максим, – Ты единственная женщина, которая ставит дату свадьбы в зависимость от дня подписания контракта.

– Достаточно сказать, что я просто единственная женщина, – надула губки Даша. Она всей душой была против того, что считали «нормальной» свадьбой, в ее понимании это был день, когда двое, он и она, должны принадлежать только друг другу.

– Хорошо, значит, в следующую пятницу, – удовлетворенно кивнул Максим, – И я думал, ты знаешь, что ты моя единственная женщина.

– Знаю, но услышать это лишний раз совсем не помешает. Договоришься, чтобы нас расписали?

– Договорюсь, – улыбнулся Максим.

– И прямо в следующую пятницу мы можем уехать из Ростова куда глаза глядят, недели на две, туда, где не были прежде ни ты, ни я.

– Хороший план, – согласился Максим. – И, думаю, ты уже знаешь, где это «куда глаза глядят» и как туда добраться.

– Знаю, конечно, – рассмеялась Даша – путешествие было для нее важнее росписи в ЗАГСе, – На Мартинику, пляжи, тропические леса и океан, – мечтательно произнесла Даша. – Можем вылететь через Париж в следующую субботу.

– Мартиника так Мартиника, – согласился Максим.

– Давай свой второй вопрос, видишь, какая я покладистая.

– Давай уж дойдем до квартиры, – Максим въехал в паркинг. – Даша, вот ты сегодня окончательно ушла из банка, – начал он, ставя в микроволновку ужин, приготовленный домработницей. – У тебя пока нет планов насчет дальнейшей работы, и тебе понравилось заниматься делами компании. Вот я и подумал, на то время, что ты раздумываешь, может, ты согласишься в полном объеме заняться нашими вопросами, ведь тебе так здорово это удается: новые контракты, финансирование и даже пиар, – Максим бросил на Дашу тревожный взгляд – так хотелось, чтобы она согласилась. – Я понимаю, это не твой уровень, но…

– Давай сделаем так, чтобы это был мой уровень, – Даша обняла его крепко-крепко, быстрыми движениями расстегнула рубашку Максима, он резко хлопнул дверцей микроволновки и обернулся к женщине, которую мечтал видеть своей женой.

– Помнишь, как мы занимались любовью на этой кухне перед твоим отъездом в Америку? – он хрипло выдохнул, прервав обжигающий поцелуй.

– Помню, – промурлыкала Даша, – Но думаю, сейчас у нас все получится лучше, мы же сами стали лучше.

– Ну и мой третий вопрос, – проговорил Максим, приоткрывая глаза. То, что начиналось на кухне, как быстрый секс, томительно и нежно продолжилось в спальне, и теперь в его голове не было ни одной мысли, кроме того, что он считал свадебным подарком себе и Даше.

– Давай уж свой вопрос. Только я не смогу тебя отблагодарить за него так же, как за второй и первый, – Даша приподнялась на подушках, в который раз удивляя Максима тем эффектом, который она производит на него: он хотел любить ее, защищать, спорить с ней, засыпать и просыпаться рядом с ней.

– Сбербанк выставил на продажу родительский дом, – Макс притянул Дашу к себе, желая ощущать ее всем телом, каждой клеточкой кожи. – Я хочу купить его для нас. Как ты на это смотришь?

– Дом? – Даша встрепенулась. Она была бесконечно привязана к дому Звенигородцевых, когда-то давно подруга Лена говорила, что Даша любит не Макса, а его родителей и их дом. Конечно, это не было правдой, но дом стоил того, чтобы его любили – на берегу Дона, в окружении старого парка, он был настоящей жемчужиной. – Я так любила ваш дом. Конечно, и твоя квартира, и моя хороши, но они не сравнятся с этим домом.

– Ты права, – Максим коротко поцеловал ее в обнаженное плечо. – Мне всегда хотелось вернуть его, а сейчас мы можем это сделать – и финансы позволяют, и возможность забрать его на торгах тоже есть.

– А твоя мама, она не захочет вернуться в этот дом?

– Думаю, что нет. Когда умер отец, мама сказала, что дом для нее ничего не значит. И потом он все же построен для семьи.

– Да, тогда давай вернем его, – Даша обхватила ладонями лицо Максима. – Мне понравились твои три вопроса.

Эпилог

2018 год

День обещал быть жарким, иногда ростовское лето не давало пощады, но Даша любила вдыхать горячий воздух, кожей ощущать, как солнце, лаская, чуть жалит всех вокруг. По Дону медленно шел прогулочный кораблик, играла легкая музыка. Даша потянулась и встала с шезлонга, установленного на летней веранде. Прошел уже почти год, как они с Максимом въехали в этот дом, ремонт, декорирование комнат, обстановка – оказалось, что обустройство жилья требовало не меньше усилий, чем приличная бизнес-задача, но Даша была рада заняться и этим. Она вообще с удовольствием бралась за любое новое дело и доводила его до победного конца.

В воздухе ощущался аромат созревших абрикосов, хотелось взять корзинку и пойти в сад, нарвать самых спелых, съедая их почти на ходу, но Даша отказалась от этой идеи, радуясь, что крохи самоконтроля все еще остались в ней. Она вытащила журнал Forbes из стопки свежих газет и быстрым движением разорвала целлофановую упаковку, Forbes Woman – приложение к основному журналу с ее портретом на обложке: «Дарья Звенигородцева, CEO бурно растущего строительного холдинга: я стала успешной и счастливой, перестав слушать других». Даша зажмурилась от удовольствия – конечно, она могла убеждать себя, что идея попасть на страницы бизнес-прессы больше не казалась такой привлекательной, но лгать самой себе не хотелось – это было безумно-безумно приятно, тем более, что вести дела с Максимом оказалось намного проще и интереснее, чем работать на безликий банковский конгломерат.

– Что это ты тут делаешь? Ты же собиралась спать сегодня, сколько хватит сил, – улыбающийся Максим зашел на веранду, – у него был усталый и немного растрепанный вид, из поездки в соседний регион, где завершалось строительство футбольного стадиона к предстоящему чемпионату мира, он вернулся только в четыре часа утра.

– Сил оказалось не так уж много, – улыбнулась Даша, – Иди сюда, – она протянула руки к мужу. – У меня к тебе есть разговор из трех важных вопросов.

– Начинай, – Максим до сих пор с радостью и тревогой вспоминал ту их с Дашей беседу, когда он решил все мучившие его проблемы.

– Фото твоей жены опубликовал журнал Forbes, правда, пока только Forbes Woman, на своей обложке, ты рад?

– Рад, – Максим обнял ее, положив подбородок Даше на затылок.

– В понедельник мы подписываем контракт о покупке цементного завода в Краснодаре. Ты рад?

– Рад, – он улыбнулся, ожидая, каким будет третий вопрос.

– Что-то слишком односложно. Ну ладно. Месяцев через восемь я планирую родить тебе дочь. Ты рад?

– Даша, – Макс повернул ее лицом к себе и впился яростным поцелуем. – Рад, конечно, – он рассмеялся. – Ты родишь мне дочь! Хочу, чтобы она была точь в точь как ты!

– Постараюсь, но обещать не могу, – Даша провела ладошкой по лицу мужа.

На страницу:
15 из 15