
Один лишний
Бармен поигрывал битой. По лицу было видно, что это его любимая часть рабочего процесса.
– Держись, Опоссум, мы в тебя верим! – прокричала Юля.
Рома натянул каску и в отчаянии посмотрел на Вано. Тот показал большой палец в ответ.
– Ну что, поехали!
Первый шот. Удар. Мы начали орать во все горло, перекрикивая музыку: «Да-вай! Да-вай!» После второго шота и удара вокруг барной стойки столпились немногочисленные гости, которые присоединились к нашей команде поддержки. Третий шот. Удар. Четвертый и, наконец, пятый. Рома вытер рот рукавом и неуверенным движением снял каску.
– Ну как?! – хором спросили мы.
– Просто охереть!
Рома смеялся, глаза бегали во все стороны, пытаясь сфокусироваться хоть на чем-нибудь. Когда он слез, вернее сполз, со стула, его ноги подкосились, и наш «экстремал» чуть не грохнулся на пол. Взяв друга под руки, мы дотащили его до наших диванчиков.
– Ты, конечно, красавчик, Опоссум, не ожидал от тебя такой выдержки. Санек, а ты как? Хочешь экстрим-подачу? Посмотри, как Роме хорошо, – подначивал Вано.
Но Роме было уже совсем нехорошо, он сидел, положив голову на стол, руки безвольно болтались. От былого веселья не осталось и следа.
– Нет уж, спасибо, я не самоубийца.
– Он хоть жив? – поинтересовалась Юля. – Выглядит совсем фигово. Опоссум, ты как?
Она похлопала его по плечу.
– Кажется, меня сейчас вырвет.
Рома резко вскочил, чуть не опрокинув стол, и, качаясь в разные стороны, побежал к туалетам. Но удержать содержимое желудка у него не получилось, его вырвало прямо посреди зала. Пришлось выручать Романа, пока он не заблевал чей-нибудь стол. Мы помогли ему добраться до туалета, где он обнимался с белым другом больше получаса.
Выйдя из туалета, Опоссум звал всех пить дальше, но время уже было позднее. Да и персонал недвусмысленно намекнул, что пора нам валить домой.
К счастью Ромы, он жил со мной на одной ветке. С Юлей и Вано мы распрощались на «Кольцевой», а мне пришлось следить за горе-экстремалом в надежде, что он хоть чуть-чуть протрезвеет к моменту прибытия поезда на его станцию.
Переход на желтую ветку стал задачей не из легких. Рому пришлось тащить чуть ли не на своем горбу. Он повис на моем плече, еле волоча ноги, что-то напевал себе под нос и постоянно спрашивал, кто я такой и куда я его тащу. Люди старались обходить нас стороной и бросали презрительные взгляды. Одно радовало – Роман больше не блевал. И ментов мы не встретили. А то бы вместе отправились ночевать в обезьянник.
В поезде Опоссуму стало немного лучше. Он даже узнал меня и вспомнил, где живет. Я хотел проводить его до дома, но он наотрез отказался и заверил меня, что справится сам, демонстративно встав и пройдясь по полупустому вагону.
Рома вышел на станции «Шоссе Энтузиастов». Я проводил его взглядом и усмехнулся. Да уж, веселый вечерок.
14
На следующий день мы с Ромой пересеклись в метро. Бледный, с опухшим лицом – непонятно, как он вообще заставил себя подняться. А первые его слова были: «Я больше пить не буду».
Дойдя до универа, мы сразу отправились в курилку, где встретили Вано и Юлю. Началось обсуждение вчерашней пьянки и подшучивание над беднягой Опоссумом. Ему было настолько плохо, что тот даже не курил, пялился куда-то в пол тяжело дыша.
В разговоре я не участвовал. Мое внимание привлекла девушка, окутанная табачным дымом. Она стояла одна и с отстраненным видом курила тонкую сигарету. Невысокая, черное каре, губы накрашены ярко-красной помадой. Карие глаза блуждали по прокуренному помещению, будто не замечая никого и ничего, она витала мыслями где-то в другом месте, где-то глубоко в себе. На несколько секунд мы пересеклись взглядами, но она посмотрела сквозь меня, отчего мне сразу стало не по себе, и я поспешно отвернулся. Докурив, я еще раз взглянул туда, где минуту назад стояла девушка, но ее там уже не было.
К дверям лифта в холле первого этажа приклеили лист А4. Надпись на нем гласила: «Лифт только для преподавателей и сотрудников университета!» Вано нажал на кнопку вызова.
– Ага, для сотрудников. А мы что, не сотрудники? После вчерашней тусовки я не готов идти пешком. Нам на четвертый этаж подниматься!
Рома одобрительно кивнул. Двери открылись, и мы забежали внутрь.
На самом деле студенты лифтом пользовались постоянно. Преподы не были против за редким исключением – бывало, какой-нибудь старичок встанет не с той ноги и выпроводит всех из кабины.
Первая пара была объединенная, для целых четырех групп, аудитория битком. Нам невероятно повезло – последняя парта почему-то пустовала. Дышать на препода перегаром совершенно не хотелось.
Усевшись за стол, я не поверил своим глазам – в соседнем ряду сидела та самая девушка, которую я видел в курилке. Всего через две парты от меня! Уткнувшись носом в тетрадь, она что-то рисовала, не обращая ни на кого внимания. Странно, раньше я ее на парах не видел.
Зашел преподаватель, молодой мужчина в костюме-тройке, с туго завязанным галстуком. Все встали, приветствуя его.
– Добрый день, присаживайтесь.
Препода звали Кесарев Антон Павлович, вел он финансовый менеджмент. Я не был уверен, от чего меня больше тошнило: от менеджмента или от Антона Павловича, напыщенного придурка, который всем своим видом пытался показать, какой он успешный.
Началась перекличка, я внимательно слушал и не сводил взгляда с незнакомки. Происходящее в аудитории ее мало интересовало. Наконец, не отрывая глаз от тетради, девушка с каре откликнулась на свое имя. Федотова Екатерина, параллельная группа.
– Как вы уже усвоили, менеджмент – это очень важная вещь… – начал Антон Павлович.
Я пропускал слова препода мимо ушей. Мне хотелось подойти к Кате, заглянуть к ней в тетрадь и посмотреть, что она так увлеченно рисует. Ее лицо было сосредоточенным, казалось, что она решает какую-то сложную математическую задачу.
– Деньги… Прохоров, что это слово значит для вас?
Антон Павлович стоял возле нашей парты и буравил меня взглядом. Когда он успел переместиться в конец аудитории, я не имел ни малейшего понятия.
– Ну-у, это… бумажки, за которые мы можем покупать разные полезные вещи, – ответил я.
– Бумажки, значит, – усмехнулся преподаватель. – Скажите мне, Александр, эти бумажки играют в вашей жизни важную роль?
– Да, наверное…
– «Наверное?!» Никаких «наверное»! – Кесарев обращался теперь уже ко всем. – Если вы хотите чего-то добиться в жизни, вы должны все время думать, как и где можно заработать, куда вложиться, какие тренды сейчас на рынке. Вы должны анализировать и оценивать возможности, только после этого придет понимание, как увеличить ваш денежный капитал. Вы должны запомнить раз и навсегда: деньги – это важнейший ресурс, которым нельзя пренебрегать. Представим такую ситуацию, Александр. – Он снова повернулся ко мне. – У вас в кармане лежат две тысячи рублей. К вам подходит ваш друг и просит занять тысячу. Ваши действия?
– Если мне эти деньги сейчас не требуются, то я займу, почему нет?
– Просто займете ему тысячу рублей, я вас правильно понял?
– Ну да, – пожал плечами я.
– Вот типичный пример человека, не знающего ценности денег. Вы не должны так мыслить! Как говорится, дружба дружбой, а денежкам – счет! Не раскидывайтесь этим ресурсом бездумно, всегда назначайте процент. Деньги должны работать на вас.
Юля, сидевшая рядом со мной, одобряюще кивала.
– Но разве это правильно – брать с друга проценты? – возразил я.
– Я еще раз повторяю: если вы хотите чего-то добиться в этом мире, то запомните раз и навсегда – деньги должны работать, и не важно, кому вы даете в долг, друзьям, родителям или своему партнеру по бизнесу! Всегда нужно извлекать выгоду.
Я ничего больше не сказал. И с отвращением посмотрел на его большой нос.
– Антон Павлович – это типичный пример кого? – прошептал Вано, когда Кесарев отошел.
– Мудака? – улыбнувшись, отозвался я.
– Именно!
Мы с Вано стукнулись кулачками.
Прозвенел звонок, я с облегчением встал, положил тетрадь и ручку в рюкзак и оглядел аудиторию. В толпе студентов Кати уже не было.
Каждый раз после пары менеджмента оставался неприятный осадок. Еще и Юля любила подлить масла:
– Какой классный мужик! – верещала она. – А вы видели, какой у него телефон? Десятый айфон макс, он вышел месяц назад и стоит сейчас около сотки!
Юля была в полном восторге. С каждым днем от ее болтовни воротило все больше и больше.
– А на запястье у него…
– Может, пойдешь уже и отсосешь у него? – не выдержал я.
Юля вытаращилась на меня возмущенными глазами. А потом рассмеялась:
– Ну ты и козлина, Саня! Вообще-то я им действительно восхищаюсь, без каких-то там задних мыслей. Умный, успешный…
– Все, Юль, прекращай, мы тебя поняли, – на этот раз перебил ее Вано.
Честно говоря, я сам удивился своей резкости. Но этот эпизод сразу улетучился из моей памяти. Пока мы спускались на первый этаж, я обшаривал глазами лестницы и коридоры, пытаясь найти Катю. Она крепко засела у меня в голове. В курилке ее тоже не было. Разочарованный, я достал сигарету.
Следующие несколько дней эту загадочную девушку я не видел.
15
Катю я встретил в пятницу.
Когда закончилась очередная пара, я спустился в столовую на третьем этаже. Пошел туда один, друзья меня кинули. Юля и Вано частенько питались в самой дорогой столовке на четвертом, в которой я мог себе позволить максимум булочку и стакан воды. Она считалась почти рестораном, там блюда на любой вкус. Картошка в разных вариациях – фри, пюре, по-деревенски; стейки, отбивные, гуляш, видов пять салатов. Выбирай, что хочешь. Сходив туда один раз, я оставил больше пятисот рублей, после чего два дня ходил голодный. А Опоссум притащил бутерброды с вонючей колбасой и остался обедать в аудитории. Столовая, в которую пошел я, славилась своей выпечкой и ценами, поэтому в ней всегда было много народу. Дешево и вкусно. Я встал в конец очереди, которая довольно быстро продвигалась.
И тут зашла она, Катя. Губы накрашены все той же ярко-красной помадой. В ушах наушники, в руках книжка. Она встала за мной. Я украдкой пытался взглянуть на нее, но очень сильно боялся спалиться. Наконец, собрав все мужество и обернувшись, я понял, что девушка вообще не обращает внимания ни на меня, ни на кого-либо еще. Катя спокойно читала книгу. «Что она вообще делает в нашем универе?» – промелькнуло у меня в голове.
Подошла моя очередь, я заказал пиццу «Пепперони по-универски» и бутылку колы. Вполне достаточно, чтобы немного утолить голод. Взяв приборы – пластмассовые вилку и ножик, – я сел за маленький двухместный столик. Свободных мест в столовке почти не осталось. Отрезав первый кусочек пиццы, я начал его подносить ко рту, но моя рука замерла в воздухе.
– Здесь не занято? – спросила меня Катя, держа в одной руке стаканчик с кофе, а в другой – пластиковую тарелку с двумя пирожками.
Я молча смотрел на нее.
– Ау, можно присесть? – повторила она.
– Нет. То есть да, конечно, садись.
Мой кусок пиццы упал на стол. Выглядел я полным кретином. Катя посмотрела на меня, и ее губы тронула легкая улыбка. А я почувствовал, что краснею.
Зубчики пластмассовой вилки оплавились от горячей пиццы, изогнулись и деформировались. Я подцепил упавший кусок, и вилка окончательно сломалась. Из теста, обильно политого кетчупом, торчали белые зубцы, похожие на копья. Катю эта ситуация позабавила, она снова улыбнулась.
– Очень горячая пицца, – попытался оправдаться я.
– Да, я так и поняла.
«Боже, что я несу…» Поднявшись, я сходил к буфетчице за новой вилкой. Надо было что-то делать, как-то поддержать разговор. Я и так почти все испортил. Гребаная вилка!
– Меня, кстати, Саша зовут! – слишком резко выпалил я, вернувшись к столу.
– Я знаю.
Она даже не взглянула на меня, похоже, для нее я был пустым местом.
– А ты Катя, да?
Девушка кивнула. Вот и весь диалог.
И что дальше, что мне говорить-то? Как привлечь ее внимание? Вспомнив, что она любит рисовать, я хотел расспросить ее о рисунках, но в этот момент Катя поднялась, выкинула стаканчик и пошла в сторону выхода.
Я идиот.
16
– Ты чего такой унылый? – спросил меня Вано, когда я зашел в аудиторию.
– Пицца дерьмовая была, – небрежно бросил я.
– Остался бы с Опоссумом, бутербродов поел. Смотри, какой он счастливый.
Рома сидел около окна и напевал себе под нос какой-то раздражающий мотив.
– Ага, точно…
Началась лекция, но писать я не мог. Перед глазами стоял образ Кати, ее безразличное и одновременно такое манящее, таинственное лицо. Ее притягательные красные губы, карие глаза, в которых хотелось утонуть.
– Санек, ты что творишь? – окликнул меня Вано.
Я вернулся к реальности.
– Что?
– На парту посмотри.
На столе были глубокие синие царапины, а в руках я держал ручку, которая треснула от напряжения.
– Это что, я сделал?
Я удивленно смотрел на изуродованную парту.
– М-да, сегодня с тобой явно что-то не так. Тебе опасно давать в руки острые предметы, а то так задумаешься, и хана придет какому-нибудь Опоссуму.
– Чего?
Рома посмотрел на нас, оторвавшись от конспектирования лекции.
– Ничего, пиши, – усмехнулся Вано.
Я не написал ни одного слова, снова и снова возвращаясь к моменту в столовой. Каким же нужно быть дураком… Я уменьшил шансы на нормальное общение с Катей примерно на пятьдесят процентов, если не больше. Боюсь представить, что она думает обо мне. Наверное, считает умственно отсталым и теперь точно ко мне никогда не подойдет, а уж тем более не сядет со мной за один стол.
Пара закончилась. Вано рассказывал что-то веселое, Юля смеялась. Потом, кажется, Опоссум выдал очередную шутку, потому что на несколько секунд повисло неловкое молчание. Желания участвовать в разговоре не было, хотелось поскорее остаться наедине с собой. Я даже отказался выкурить сигарету вместе со всеми.
Распрощавшись с друзьями, я помчался домой. У меня созрел план. Я решил попытать удачу в интернете и помониторить страницы «ВКонтакте».
Зайдя в квартиру, я скинул обувь, забежал в комнату и открыл ноутбук. Но тут же в испуге отскочил – оттуда выполз огромный таракан. Теперь тапок всегда лежал у меня под столом. Лазутчик в панике перебрался на стул, пытаясь найти какое-нибудь укромное место. Но моя боевая подошва быстро его настигла. Послышался уже приевшийся за месяц хруст. Вырвав листок из тетради, я стер останки моей жертвы и выкинул в мусор.
«ВКонтакте» я начал исследовать группу, в которой состояли поступившие в этом году студенты. После выставления нужных фильтров нашлось больше десяти Кать. Но ни одной, похожей на ту, что я искал. Я прошерстил официальную страницу универа – безрезультатно. Нашел несколько ее одногруппников, просмотрел их друзей. Кати там не обнаружил. Разочарованный, я закрыл ноут и закурил прямо в комнате. Не судьба.
На следующей неделе я ехал в универ, окрыленный надеждой, что встречу там Катю. Смогу хотя бы одним глазком взглянуть на нее. Но нет, на общую пару она не пришла. Не появилась она и через день.
17
За шесть недель учебы мы с отцом ни разу не созвонились. Раз в месяц он высылал мне пятнадцать тысяч на питание и карманные расходы. На еду этого вполне хватало, но любой поход в бар сильно ударял по моему бюджету. Честно говоря, даже такого жеста от бати я не ожидал. Похоже, он действительно делал все, чтобы я не вернулся раньше времени.
В Москву я взял свои небольшие накопления. За два года удалось насобирать целых тридцать тысяч, на которые я планировал прожить первые несколько месяцев, но в итоге так и не тронул их. Пятнадцать тысяч в месяц – это неплохие деньги для студента, но мне хотелось избавиться от батиных подачек и начать обеспечивать себя самостоятельно. Без работы я не мог послать его и сказать, что не нуждаюсь в деньгах.
Зайдя на HeadHunter, я не поверил своим глазам, когда увидел зарплаты. Сорок пять, шестьдесят, восемьдесят тысяч, и почти нигде не требовался опыт работы. В Тамбове за такую зарплату люди готовы душу продать. Но в итоге все оказалось не так радужно. По графику мне подходил лишь фастфуд типа «Макдоналдса» или KFC, а также требовались курьеры или официанты в баре.
Кричать в «маке» «свободная касса!» желания не было, этот вариант сразу отпал. Развозить посылки казалось заманчивым, но, прочитав несколько статей и отзывов в инете, я понял, что там нужно будет работать двадцать четыре на семь, чтобы получать нормальные деньги. Работа в баре была самым доступным вариантом, к тому же там можно получить полезный опыт. Выбор заведений был огромный, но я опирался исключительно на названия. Отобрав несколько, я начал звонить.
По первому номеру меня постигла неудача, сотрудники там больше не требовались. Во втором баре не подходил график. По третьему номеру вообще не взяли трубку. Последним остался кафе-бар под названием «Go to the Rock». Без особой надежды я набрал номер.
– Добрый день, бар «Go to the Rock», я вас слушаю, – послышался в трубке приятный женский голос.
– Здравствуйте, звоню вам по поводу вакансии официанта, вам еще требуются сотрудники?
– Да, как вас зовут?
– Саша.
– Хорошо, Александр, опыт работы у вас есть?
– Да, я уже работал в баре, – соврал я.
– Отлично. График у нас плавающий, вы можете совмещать работу с учебой, если вы студент. Когда вам будет удобно подойти на собеседование?
К такому вопросу я не был готов и начал судорожно вспоминать свое расписание.
– Могу завтра после четырех подъехать.
– Супер, тогда я запишу вас на 16:30. До встречи.
– Спасибо.
Я сбросил вызов. Настоящая работа, да еще и в крутом баре! Внутри все ликовало. Главное – не завалить собеседование. Хотя в моей голове меня уже приняли на работу.
18
На следующий день сразу после учебы я поехал в бар. Заведение находилось на «Кузнецком мосту», поэтому добрался я без проблем и даже немного раньше, чем требовалось. Было волнительно. Я не очень-то люблю общаться с людьми, но работа официантом – хороший способ преодолеть свои страхи.
– Добрый день, вы на бизнес-ланч? – спросила милая девушка в фартуке «Go to the Rock», когда я зашел в бар.
– Здравствуйте, нет. Я по поводу работы. У меня собеседование… – я достал телефон и посмотрел время, – …через десять минут.
– Поняла. Присядьте за свободный столик, я сейчас позову менеджера.
С этими словами девушка убежала.
Гостей в зале было мало. Я сел напротив окна, из которого открывался вид на мрачную серую улицу. По карнизу барабанил дождь – осень во всей красе. Зато внутри царил уют. Горел теплый желтый свет, вокруг витали запахи, от которых в животе призывно урчало. Стены в баре разрисовали олдскульными картинками – розами, пистолетами, черепами. Висели фотки рок-групп в стильных рамках, музыкальные пластинки, а на дальней стене красовалась черная электрогитара. Сразу чувствовалась драйвовая атмосфера.
– Привет! Саша, правильно?
Ко мне подсела блондинка, в глаза бросились татуировки, плотно покрывающие руки. Я постарался побороть стеснение, резко охватившее меня.
– Да, все верно.
– Давай сразу перейдем на «ты». Меня Надя зовут. Расскажи немного о себе – чем занимаешься на данный момент, почему решил устроиться официантом и выбрал именно наш бар?
Я рассказал, что учусь на первом курсе, приехал из другого города, снимаю квартиру, и ответил честно, что выбрал эту вакансию только из-за денег и плавающего графика.
– По телефону ты говорил, что опыт работы у тебя есть. В каком заведении работал раньше? – продолжила расспрос Надя.
– В Тамбове, в местном баре. На кранах стоял, пиво разливал и закуски выносил, – не задумываясь соврал я и удивился тому, как легко мне это далось.
– Значит, минимальное понимание профессии есть, уже хорошо. Сколько часов в неделю ты сможешь работать?
– Ну-у, я могу по выходным в любое время, а по будням только после обеда и хоть до утра.
Совмещать учебные дни с работой – проблематично.
– Поняла, – кивнула Надя. – В ночь я тебя пока ставить не могу, для начала нужно пройти стажировку, сдать основное меню и барное. От результата будет зависеть твоя зарплата. Дневная смена у нас начинается с 8:00 и заканчивается в 20:00. Ночная, соответственно, наоборот. Работаем мы круглосуточно. Выход за смену – тысяча двести плюс чай. Если ты работаешь с двух, то за полсмены будешь получать пятьсот рублей. В ночные смены есть бонус – два процента со стола. Есть какие-нибудь вопросы?
– Да, вы сказали…
– Мы же договорились, на «ты», – перебила меня Надя.
– Извини. Ты сказала, что от знания меню зависит моя зарплата, что это значит?
– Если ты выучил меню на сто процентов, отчитался шефу и бар-менеджеру, то получаешь полную сумму. А если завалил какие-то блюда или коктейли, небольшой процент мы вычитаем.
– Мне что, придется все это готовить? – в ужасе спросил я.
– Нет, нужно просто выучить ингредиенты блюд и коктейлей, – усмехнулась Надя. – Не бойся, обычно все сдают без проблем, в редких случаях кто-то процентов по десять теряет.
– Окей.
Очень хотелось узнать про чаевые, но спрашивать было как-то неловко.
– А трудоустройство официальное?
– Да, но только после стажировки и экзамена по меню. Если хочешь, можем устроить тебя по трудовой, но к этому моменту обязательно нужно получить медкнижку.
– Понял.
В интернете условия казались гораздо приятнее. Я посчитал в уме: если буду работать два раза в неделю по полсмены в будни и два полных дня по выходным, то в неделю будет выходить три тысячи четыреста рублей, и это без чая. На самом деле не так уж и плохо.
– Когда можно выйти?
– Завтра сможешь?
– Да, у меня всего две пары, могу приехать к часу.
– Отлично, как раз успеешь к бизнес-ланчу. У нас на сайте есть меню, где расписаны все ингредиенты, входящие в блюда, а также напитки, можешь уже начинать учить.
– Спасибо, сегодня приступлю.
– Договорились. Тогда будем ждать тебя завтра. И не опаздывай, – улыбнулась мне Надя на прощанье.
Я вышел из бара. Заведение показалось мне классным, хоть зарплата была и небольшой. Но зато приятный персонал и отличный график.
19
Своего первого дня работы в баре я ждал с нетерпением. Даже мысли о Кате ушли на задний план. Я находился в воодушевлении. Перед сном открыл меню и начал изучать состав блюд. Этот процесс меня быстро утомил, и я уснул в мечтах о том, как все гости будут благодарить меня за отличное обслуживание и оставлять большие чаевые.
Но в универе ребята меня не поддержали.
– Тебе делать, что ли, больше нечего? – спросил Вано. – Сдалась тебе эта работа! На первом курсе нужно тусить и наслаждаться жизнью, а не пахать все свободное время.
Я лишь пожал плечами и принялся ждать окончания пар. Легко говорить, когда не нуждаешься в деньгах.
Мой пыл резко сменился волнением и страхом, когда я зашел в бар. Все столы были заняты, официанты носились по залу с огромными подносами в руках, одновременно успевая обслуживать гостей и убирать грязную посуду со столов.
Из служебного помещения вышла Надя.
– Саша, привет! Как ты вовремя! Проходи, сейчас я тебе выдам форму, блокнот и ручку. Будешь вливаться в рабочий ритм.
Честно говоря, сразу захотелось убежать. Я не знал ни блюд, ни напитков. Вчера я успел лишь один раз пробежаться по меню, и, конечно же, в голове ничего не отложилось.
Надя принесла мне фирменные футболку и фартук, блокнот и ручку. Фартук я завязал на спине, блокнот и ручку положил в карман.
– Сейчас у нас бизнес-ланч, есть несколько видов…
Я слушал менеджера, кивал и пытался все запомнить. Но слова влетали и сразу же вылетали. Наконец мы вышли в зал и встали перед кипером – штукой, в которую официанты вбивают заказы. Быстро объяснив, как она работает, Надя сказала:
– А теперь смотри за ребятами и запоминай, что они делают. Пока к гостям тебя отправлять не будем, подождем окончания запары.
Я кивнул с облегчением, встал к стенке, чтобы никому не мешать, и начал наблюдать за официантами, которые одной рукой собирали посуду, второй протирали столы и как-то еще умудрялись принимать заказы. Работали всего две девчонки, а столов на первый взгляд было больше двадцати. Я с ужасом представил, что уже совсем скоро буду точно так же носиться от стола к столу, не зная отдыха.
К трем часам народ потихоньку начал рассасываться. Ко мне подошла Соня, одна из официанток, и кивнула в сторону столика, куда только что сел мужчина в костюме.
– Твой выход.
Собрав всю уверенность в кулак и крепко сжав блокнот, я направился к своему первому гостю.
– Здравствуйте, что будете заказывать? – подскочив к столу, спросил я.