Варнак. Книга первая - читать онлайн бесплатно, автор Дмитрий Александрович Найденов, ЛитПортал
bannerbanner
На страницу:
2 из 4
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Выслушав его, я решил спровоцировать и выяснить, поведётся ли он на провокацию, потому я спросил:

– Слушай, а эти каменные столбы, в которых есть кристаллы, за которые могут скостить срок. Их реально добыть?

– Ну не просто, но находятся смельчаки. Конечно, в одиночку туда не суются, а вот втроём, лучше впятером, вполне может повести, – ответил сокамерник.

Исходя из брошюры, в таких столбах может быть несколько десятков зверей, а значит, втроём закрывать такие – это верная смерть. Значит, парень подбивает меня на это, что и требовалось доказать, поэтому надо быть с ним поосторожней.

– Авров! На выход, через десять минут суд! – раздался крик, и двери камеры открылась.

Конвойные уже стояли рядом, держа в руках металлические палки с усиками на конце, что напоминало электрошокер моего мира. Моего мира? Что за странные мысли, и не означает ли, что этот мир не родной для меня? Что-то совсем не стыкуется, хотя если это так, то многие странности сразу становятся логичными. Как жаль, что память отсутствует и я ничего не помню, но это не повод опускать руки, тем более перед судом, где будут меня судить.

К моим кандалам прицепили цепь и повели меня по коридорам, а я размышлял над пришедшей мне мыслью, надеясь разобраться в том, что происходит.

Вот мы вышли из здания тюрьмы, и меня повели по дороге, ведущей в соседнее задние, огороженное с двух сторон высокой стеной и колючей проволокой на верху. Похоже, кто-то не заморачивался и расположил оба здания рядом, соединив их таким коридором, чтобы не выводить арестованных на улицу.

В здание внутренняя отделка существенно отличалась от тюремной, как и наличие больших окон. Меня провели в один из залов и сразу посадили за решётку, хотя в зале ещё никого не было. Долго ждать не пришлось, вначале зашёл высокий мужчина, с надменным лицом, в сопровождении десятка человек, часть из которых была его охраной. Он окинул меня презрительным взглядом и что-то проговорил себе под нос, но явно не пожелание мне здоровья. Затем зашла моя адвокат, сильно смущаясь, и, посмотрев в мою сторону, неуверенно кивнула мне. Судья пришёл через пару минут и сразу начал заседание.

Что удивительно, меня никто ничего не спрашивал, общались только судья и граф, а изредка в диалог вступала мой адвокат. Суть всего процесса заключалась в том, что граф требовал уже десять миллионов рублей и высокий процент на рассрочку, хотя по местным законам это запрещалось в отношении аристократов и бывших аристократов. Понятно, если на меня повесят проценты, я не рассчитаюсь никогда в жизни, как и мои будущие потомки, если они, конечно, будут у меня. В итоге переговоров, к моему удивлению, Беркутова смогла настоять на отмене процентов по долгу, снижении требований до шести миллионов рублей и уплатой со всех моих доходов с пятидесяти процентов в счёт погашения долга. Всё имущество уже по факту принадлежало Графу, так как его люди быстро заняли его, выкинув всех, кто там проживал, на улицу. Хорошо, что, кроме слуг, там никого не было, но и этот момент я ему не забуду, а обязательно отомщу, чего бы мне это не стоило. Единственное, что мне приходилось сдерживать свои эмоции и не показывать их, не стоит графу знать, что я этого так не оставлю. Хотя уверен, что он то же не остановится на достигнутом и не оставит за спиной такого врага, как я. По его взгляду было видно, что даже в Диких землях мне нужно будет быть очень осторожным.

Оглашение приговора меня никак не касалось, мне даже не сказали встать, когда судья его объявлял, поэтому после того, как зал покинули все, ко мне подошёл адвокат.

– Дмитрий Потапович, я сделала всё, что могла, но вы сами понимаете, что в данном случае на многое нельзя было рассчитывать. Судья явно замотивирован графом, и хорошо, что не стали настаивать на переносе процесса, тогда они могли бы собрать больше документов и выставить претензии на большую сумму. Могу вас обрадовать, что на этом судебные претензии к вам снимаются. Прошу ещё раз простить, что не смогла решить эту судебную претензию в вашу пользу, аргументы у обвиняющей стороны очень сильные. Эта наша последняя встреча, может, я могу что-то сделать для вас ещё, всё-таки вы – мой первый клиент. Хотелось бы оставить о себе хорошее впечатление, – произнесла девушка.

Я на минуту задумался, а потом произнёс:

– Как вы знаете, я полностью потерял память, и, попадя в Дикие земли, шансов выжить у меня практически не будет. Не могли бы вы достать мне ещё что-то наподобие той брошюры?

– Знаете что, я могу вам помочь, даже больше, подойдите, – сказала девушка и посмотрела на конвоиров, наблюдавших за нами.

Я подошёл к краю клетки вплотную, а девушка, достав блокнот, что-то написала в нём и, свернув, сунула мне.

– Прочитаете в камере, не сейчас, и ещё раз, прошу простить меня. Прощайте, – сказала девушка и, вложив мне в ладонь записку, вышла из зала суда, а мы с конвоирами провожали её взглядом. Всё-таки фигурка у неё довольно неплохая, а когда я ещё смогу увидеть красивых девушек, мне не известно, боюсь, что не скоро.

Дальше меня проводили в камеру, где я, забравшись на свою койку, достал записку и развернул её. К записке была вложены две купюры, по пять рублей номиналом, довольно крупная, по размерам, напоминавшая Царские деньги моего мира. Опять эти мысли. Мой мир, который отличается от этого, а значит, этот мир не родной. Судя по всему, предыдущий владелец тела умер в тот момент, когда его атаковал граф, а я, получается, каким-то образом вселился в его тело. Вероятно, я тоже умер, раз это произошло, а значит, я не такой уж и невезучий человек. Почему-то мне кажется, что получить ещё один шанс прожить свою жизнь заново, пусть и в чужом теле и другом мире, явление очень редкое. Не знаю, за что меня этим наградили, но не всё так плохо, как может показаться со стороны. Я жив, здоров, пусть и без магии, а это уже не мало. Да, мне предстоит путь куда-то на окраины, где придётся прожить около пяти лет, но после этого я стану относительно свободным человеком и могу начать жизнь с нуля. Может, даже удастся восстановить звание аристократа, а это уже немало. Тут я оторвался от размышлений и перевёл взгляд на записку, «Эти деньги заплатишь, когда прибудешь в распределитель, скажешь, что тебе нужны участок получше и подробная информация, как выжить. Там будут люди, которые на этом зарабатывают, некоторые находят способ передать деньги своим родственникам, пусть и нечасто. Удачи, я уверена, ты справишься».

Довольно неожиданно с её стороны, и этот переход на ты я вообще не ожидал. Всё-таки хорошая девчонка, и надеюсь, у неё всё сложится хорошо как в её карьере, так и в её жизни.

Дальше я лежал и рассматривал брошюру, переданную мне в первую нашу встречу, пытаясь понять, что там меня может ждать и как к этому подготовиться.

– Обед! – раздался крик по тюрьме, и она сразу наполнилась звоном мисок, а ведь завтрак я пропустил и, как оказалось, очень голоден, хотя за этими волнениями, даже не обращал внимания на этот момент.



Глава 3

Подмосковье. Имение графа Ильина.

– Вызывали, Ваша Светлость? – спросил здоровый мужик, войдя в кабинет графа.

– Да, как обстоят дела с имением Авровых? – спросил граф.

– К сожалению, доступ к алтарю получить не удалось, как сказал нанятый маг, пока жив последний наследник, сменить привязку владельца не удастся. Там работал очень сильный маг, со слов приглашённого специалиста, поэтому, пока не умрёт последний, кого привязали к алтарю, сменить владельца не получится.

– Вот сын собаки и тут нам подгадить успел перед смертью. Займись тогда пацаном и сделай это побыстрее, зачем мне имение без работающего алтаря? Ещё не хватало, чтобы начали расти камни силы, мне только с Инквизицией проблем не хватало. Давай выясняй, где он, и отправь человека, пусть закроет вопрос, – распорядился граф, перенеся внимание на лежащие перед ним бумаги.

Урал. Спецпоезд. Авров.

– Подъём! – раздался крик, выдернувший меня из калейдоскопа образов и воспоминаний, а вместе с ним пришла и головная боль.

Последние дни не отличались разнообразием: стук колёс, трёхразовое питание и узкая камера, метр на два, откидная койка, которую после команды подъём нужно сложить к стене. Откидной стул со столиком, три глухие стены, одна из которых с небольшим окном в двадцать сантиметров. Ну, а с четвёртой стороны – решётка, выходящая в коридор. По которому ходит охранник. В туалет выводят три раза в день после еды, развлечений никаких. Разговаривать нельзя, читать нечего, можно сидеть или ходить три шага в одну сторону и три в другую.

Неделя с момента моего попадания в этот мир прошла довольно быстро, даже нахождение в маленькой камере я использовал для восстановления своей памяти и памяти предыдущего носителя тела. Я уже разобрался, что это не первое моё путешествие между мирами и, надеюсь, не последнее. Единственный минус этого возрождения, память практически полностью отсутствует, всё-таки граф что-то сделал с предыдущим владельцем, что повлияло на это. Хорошо, что хоть знания языка и письма смог вспомнить, а вот всё остальное, как в тумане, с редкими обрывками непонятных воспоминаний. Зато немало их из прошлой жизни, а точнее, нескольких жизней, которые я прожил в разных мирах. Вот только пока я не ощущал их своими, что выглядело очень странно, вроде и понимаю, кто я, а вроде как часть меня безвозвратно утеряна. Пустота внутри, да ещё и блокировка магии делают моё существование практически бесцельным. Я гоню эти мысли прочь, понимая, что ни к чему хорошему они не приведут и главное – не опускать руки.

В наш тюремный вагон зашёл работник, который стал раздавать миски с кашей и большую чашку компотом. К подобной пище уже привык, хотя одна и та же каша начинает надоедать, но вполне сытно, да и с голоду не помрёшь. После завтрака занимаюсь физкультурой, делаю приседания, махи руками и бег на месте. Охранник, дежуривший в коридоре уже привычный, и вопросов не задаёт, да и вообще с заключёнными тут стараются не общаться, а разговоры между камерами пресекают. Сегодня мы должны доехать до Байкала, именно тут заканчивается Восточная граница Российской Империи и начинаются дикие земли. Конечно, они есть и в самой империи, но небольшие зоны, которые постоянно зачищают, а вот за Байкалом начинается сплошная аномалия. К сожалению, узнать дополнительную информацию не получается, тут нет людей, знающих хоть что-то стоящее о Диких землях, поэтому деньги, переданные мне адвокатом, я надёжно спрятал в одежде.

Вообще, об этом мире информации очень мало, технический уровень я смог оценить, только когда меня высаживали из машины и вели к поезду вместе с другими заключёнными. Судя по всему, это где-то начало двадцатого века, паровозы, машины, от которых пахнет керосином, уличное освещение, да и одежда очень похожа. Пока нас перемещали, смог разглядеть толпу других заключённых из неблагородного сословия. Грязные, замученные и еле идущие люди. Сразу становилось понятно, что к простолюдинам тут отношение намного хуже.

День прошёл незаметно, и к вечеру поезд прибыл на конечную, ну а нас опять пересадили в машины и развезли по местным тюрьмам, как пояснил охранник. Опять заселили в одиночку, сообщив всем, что завтрака с утра не будет, а нас сразу поведут на расселение по зонам.

Разбудили очень рано, когда ещё только рассветало, и сразу стали выводить по одному из камер и вести в сопровождении охранника куда-то вглубь здания.

Очередь до меня добралась через десять минут.

– На выход, с вещами, – рявкнул здоровый охранник, раза в два шире меня в плечах, отпирая решётчатую дверь одиночки.

Вещей у меня не было, поэтому просто вышел и направился к выходу, куда указывал сопровождающий. Меня провели в большую комнату, где присутствовал мужик с зубилом и наковальней, где меня без разговоров расковали, освободив руки от наручников с подавителем. В тот же момент, боль наполнила всё тело, и я вырубился, потеряв сознание.

– Да говорю я, каналы полностью выжжены, источник уничтожен, как он при этом смог выжить, я не знаю, одним словом, не маг он, и магией пользоваться никогда в жизни не сможет, – услышал гнусавый голос, приходя в себя. Всё тело горело, как в печке, в груди боль была наиболее сильной, но уже не такой нестерпимой, как в момент, когда сняли кандалы.

– И что мне с ним делать? В бумагах указано, что он – маг, и распределение на северный участок уже получено, где я возьму замену. Мне его или прибить теперь нужно, или всё оставить как есть, – раздался второй, более грозный голос.

– А я что, знаю? Говорю, как есть, да вы и сами видите, что мана не проходит внутрь, хоть и втягивает он её в себя как пылесос, вон как его корёжит.

– Ладно, лечи его и проваливай, дальше я сам разберусь.

– Да я собственно уже всё, через пару минут придёт в себя, – сказал гнусавый голос, после чего услышал звук шагов и закрывающейся двери.

Открыв глаза, обнаружил, что лежу на деревянной лавке и нахожусь всё в том же помещении, где с меня сняли кандалы.

– Очнулся? Ну что же, тогда начнём. Авров Дмитрий Потапович, девятнадцать лет, бывший барон. Статья за нападение на аристократа с отягчающими, ссылка на каторгу на пять лет. Всё правильно? – спросил чиновник в строгом чёрном мундире, сидевший за небольшим столом, заваленным бумагами.

– Возможно, не помню ничего, как меня один граф заклинанием приложил. Даже фамилию не вспомнил, но, судя по всему, всё верно, – с трудом проговорил я, голос ещё дрожал, как и всё тело, но постепенно становилось лучше.

– Да, не слабо тебе досталось, отсутствие источника – это серьёзная проблема, но по бумагам ты – маг, и распределение на тебя уже пришло. Поменять что-либо уже невозможно, так как это только при полном пересмотре дела, а заниматься этим на границе никто не будет, поэтому придётся тебе выживать самостоятельно. Пойдёшь на Северный рубеж, туда тебя распределили, снаряжение получишь при выходе. Просьба не буянить, охрана там нервная, разбираться не будут, просто прибьют в назидание другим, и всё.

– У меня есть просьба, – сказал я, посмотрев прямо в глаза собеседнику и не отводя взгляд.

Секунд тридцать мы мерились взглядом, после чего чиновник спросил:

– Какая?

Достав пять рублей ассигнацией, я положил её на край стола и сказал:

– Мне бы место получше.

– Ха, а говоришь, ничего не помнишь, или научил кто?

– Адвокат попалась жалостливая, решила помочь мне, – ответил я, не отводя взгляда.

– Тогда и про дополнительную информацию знаешь цену.

– Да, – сказал я, выкладывая рядом ещё пять рублей.

– Хорошо, – сказал чиновник, накрывая купюры папкой и осмотрев меня с ног до головы, добавил, – пойдёшь на Семёновский участок у Восточной заставы, там хороший шалаш, считай дом на дереве, да и расчищено хорошо. Если бы не прорыв, который застал его на выходе из деревни, то через полгода Семёныч перевёлся бы на поселение. Лучшее отдаю, вот тебе ещё тетрадка, это дочка у меня переписывает с последними пояснениями и рекомендациями. На этом, собственно, всё. Да, в деле написано, что половину дохода с тебя будут списывать, поэтому лучше сам напоминай, всё одно расходные ведомости дойдут, куда надо, и придут с проверкой, ещё и штраф впаяют. С вчерашнего дня норму сдачи горошин повысили с тридцати до сорока штук в месяц, а для простых до шестидесяти, поэтому будь осторожен, могут нагрянуть местные, попытаться отнять и делать это на постоянной основе. Мы в это не вмешиваемся, наша власть располагается до дороги и на километр от неё в сторону Дикого леса. Хотя и там могут прихватить, но такие случаи мы стараемся пресекать. Да, найденное оружие и особенно жетоны поселенцев будешь сдавать вместе с горошинами, местным лучше не продавай, сам разберёшься почему. Ну всё, поболтали и хватит, там ещё целый коридор на распределение стоит, а я с тобой и так много времени провёл, – сказал чиновник и нажал что-то под столом, отчего в комнату сразу зашёл охранник и повёл меня по узкому коридору в следующее помещение.

Это оказался склад, где мне выдали вещи, положенные варнакам, палатка была не новой, но довольно крепкой, клинок не самого лучшего качества, да и сталь не лучшая, одним словом, никто не стал подбирать хорошее снаряжение. Рядом получали обычные каторжники, и они завистливо посматривали на меня, что меня совсем не радовало. Проверив всё по описи, расписался в получении и отсел на скамейку, которые располагались тут же, как в зале ожидания. Охрана стояла по периметру, внимательно наблюдая за нами, кто-то решил перекусить прямо тут, а кто-то опасливо посматривал по сторонам. Я же просто уселся и, прикрыв глаза, наблюдал за всеми, да и стоило послушать, о чём говорят, открывать сейчас тетрадку при всех и читать я не стал.

– Слышал, говорят, рядом будут баб расселять, через одного, так что не всё так плохо, как кажется, – проговорил один из заключённых.

– Ага, там девки разные есть, кто мужа пришил, кто ребёнка, простых сюда не отправляют, так что аккуратней там яйца свои подкатывай, а то проснёшься без них, – ответил его сосед.

– Да, тут ты прав, чёт я об этом не подумал, но всё одно, бабы – это неплохо, вдруг найду свою половину?

– Ага, с такой мордой ты точно найдёшь, только приключения на свою жопу, – добавил сосед и разразился смехом.

В целом народ был разный, много крестьян, были и откровенные бандиты, но те держались отдельно, безошибочно находя себе подобных и, похоже, обмениваясь какими-то знаками. Вот от этих нужно держаться отдельно.

– Так, кто тут на северную заставу, на выход, не заставляете вас выискивать и вытаскивать из толпы, а то окажетесь в лесу без снаряжения, – раздался голос вошедшего охранника или тюремщика, я пока не научился различать, кто есть кто. Меня как раз должны были отправить в тот район и, увидев, что поднимается группа бандитов, понял, что не зря заплатил денег местному чиновнику. Ждать, пока вызовут меня, пришлось ещё час, за это время часть находящихся в зале ушла, а их место заняли другие. Когда объявили о выезде на Восточную заставу, я был даже рад, что наконец-то окончилось долгое ожидание. Выйдя из помещения, оказался во дворе, где стоял автобус в виде грузовика с решётками на окнах и тремя охранниками, которые сидели в отдельном отделении за стеклом с решёткой. Сюда нас набилось сорок человек, и большая часть была явно из аристократов, да и приметил я эту особенность сразу, когда забирали первых бандитов из зала. Всех старались распределить по социальному статусу, а значит, кто-то ещё в самом начале постарался, чтобы меня определили не в самый лучший район. Когда все уселись и автобус выехал за ворота, то один из охранников встал со своего места и, открыв форточку в салон автобуса, начал говорить.

– Внимание всем, два раза повторять не буду. Итак, мы сейчас выезжаем за ворота, где живут ссыльные, не каторжники и разные охотники за удачей. Это сорокакилометровая зона, где посёлки и хутора находятся на расстоянии примерно пяти километров друг от друга. Аура хаоса сюда уже почти не достаёт, и возникновение камней тут редкое явление. Поэтому желающие охотиться отправляются за периметр, который обозначен дорогой. У них свои участки для охоты и сбора камней, поэтому с ними вы практически не будете пересекаться. Каждому из вас выделят участок в пять километров шириной, он обозначен сигнальными лентами на деревьях, поэтому вы не ошибётесь. К соседу лучше не заходите, но и на конфликты не нарывайтесь, помните, через километр от пограничной дороги законы империи не действуют, поэтому там каждый сам за себя. Но! Грабить соседей и других старателей не допускается. Каждый такой факт расследуется и жестоко наказывается. Над дикой зоной летают разведчики, через которых ведётся мониторинг обстановки. Если заметите готовящийся прорыв, когда звери сбиваются в стаю больше двадцати особей, вы ставите сигнал и уходите оттуда. Сигнал вам выдадут, но в случае ложного вызова патруля вам будет начислен штраф, да и бока намять могут. Если вы смертельно ранены, можете использовать жёлтый дым, но эвакуация и лечение стоят дорого, да и помощь придёт не сразу, поэтому лучше рассчитывайте на себя. При выходе вам дадут три дыма: красный – на прорыв, жёлтый – для эвакуации, и синий, если на вас напали бандиты. Такое случается, но редко. По традиции расселять вас будут через одну зону, в соседних с вами будут такие же каторжники или варнаки, как и вы, но женского пола. Если у вас с ними возникнет конфликт или будет выявлен факт применения насилия в отношении их, то вам за это может грозить смерть без апелляции и суда, так как я уже сказал, за пограничной дорогой законы империи не действуют. Ещё один момент, если на ваш участок вышли рейнджеры или свободные охотники, то вы не должны им мешать, а если они ранены или их преследуют дикие звери, вы обязаны им помочь. За каждый факт помощи вам могут скостить срок, пусть и не сильно, но в любом случае, оно того стоит, и поверьте, за неоказанную помощь, вам могут добавить срок.

Так, что там дальше? А точно, два дня назад норму сбора повысили в полтора раза, так как нашествие мутантов участились по всей границе, поэтому для простых каторжников норма составляет шестьдесят горошин в месяц, а вот для варнаков всего сорок, цените это. Помимо обязательной сдачи, на горошины вы можете приобрести всё необходимое в пунктах приёма. Сдавать горошины на стороне не рекомендуется, так как часты случаи обмана, и такие факты никто не будет расследовать, так как про законы я вам уже говорил. Что ещё могу добавить. Жрать можете всех зверей, что съедобны и в обычной жизни. Их мясо считается деликатесом, но теряет свои свойства уже через час после смерти животного. Особенно ценится кровь, которая помогает развивать и восстанавливать каналы. Учтите этот момент, когда встретите ссыльных, которые раньше были каторжниками, они, как правило, уже сильные маги, и вступать с ними в конфликт вам точно не стоит, да и держатся они группами, а вы – одиночки, учитывайте это. Остальное вам расскажут в пунктах приёма, а сейчас все заткнулись, и молча следуем по маршруту, – закончил свою речь охранник и захлопнул окно перегородки, отделявшее охранников с водителем, от остальных заключённых.

Пока ехали, я рассматривал небольшие деревни, попадавшиеся нам на пути. Первое, что бросалось в глаза, как только мы выехали за большую стену, построенную явно давно, – отсутствие электричества. Только у некоторых деревень, что располагались рядом со стеной, были протянуты линии передач, а вот дальше их не встречалось, да и сами деревни были малочисленные: где-то пять, где-то пятнадцать дворов, окружённых общим забором, высотой в три-четыре метра. Народу на улицах было немного, хотя уже рассвело, но выглядели они все, как один, жилистые, грозные мужики, да и женщины не выглядели слабыми, явно жизнь на границе империи отсеивает слабаков, да и Дикие земли дают ускоренный рост.

Чем дальше мы удалялись от стены, тем сильнее начинало болеть тело, а значит, это реакция на усиленный магический фон. Буду надеяться, что в будущем организм сможет приспособиться к этому, иначе нахождение в такой зоне будет для меня настоящей пыткой.

За час доехали до кольцевой дороги и свернули направо, двигаясь ещё два часа, и когда все уже устали от такой поездки, да и сиденья тут были просто деревянные, а дорога хоть и была ровной, но кочки и ямы попадались. Вот тут автобус и сделал первую остановку.

– Ершов, на выход, твой сектор «16Б», вот тебе три сигнальных дыма и карта, где уже стоит жильё, предыдущего владельца. На карте указаны место, куда сдавать горошины, и короткое пояснение, всё, на выход! – приказал конвоир, выдав свёрток и, как только заключённый ступил на дорогу, автобус, дёрнувшись, поехал дальше.

– Архипов, готовься, через пять минут выход, иди к двери, получай сразу и готовься, ждать не будем, – опять прокричал охранник в окно, а все засуетились, просыпаясь и пытаясь размять затёкшую спину.

Меня выпускали последним, чему я не удивился, да и номер мне достался «95Б». Выйдя из автобуса, я вдохнул воздух полной грудью и прислушался к своим ощущениям, а они были очень необычные, за два часа поездки вдоль пограничной зоны тело адаптировалось к изменившемуся магическому фону, и боль отступила, но не до конца.

В это время автобус развернулся и уехал в обратном направлении, оставив меня одного, а я осмотрелся вокруг, запоминая мельчайшие детали. Затем достал свёрток, убрав сигнальные дымы в рюкзак и достав меч, после чего посмотрел на карту, нарисованную от руки. Судя по ней, мой дом располагался довольно далеко от дороги, на расстоянии двадцати километров, и если я хочу попасть туда засветло, мне нужно поторопиться. Убрав карту в карман, закинул рюкзак, закрепил топор на поясе и, взяв меч в правую руку, направился к лесу.


Глава 4

От дороги отходил, осторожно ступая, смотря, куда ставить ногу, боясь наступить на камень, но вдоль дороги лес был расчищен, да и дальше, было видно, что мелкие деревца срубили, поэтому, пройдя сотню метров от дороги, остановился и прислушался. Но вокруг было очень тихо, только изредка были слышны птицы и то со стороны дороги, а сам лес был по-необычному тих. Давление на тело немного усилилось, но, как понял, это временно, пока тел не адаптируется к этому явлению. Посмотрев в сторону дороги, понял, что меня уже практически не видно, обошёл дерево и, осмотрев землю, скинул плащ-палатку в скрученном виде и уселся на неё, прислонившись спиной к стволу, после чего достал из-за пазухи тетрадку и принялся читать её. Внутри текст был написан детской рукой, как и сделанные зарисовки, но это не принципиально, ведь главное – информация, которая в ней содержалась.

На страницу:
2 из 4