
Его королевская радость
Столовая встречала её такой же тишиной, как и весь остальной дворец. Кроме энтарха, в ней не было больше никого. Ужин наедине. Вот как это называется. Ни прислуги, ни придворных. С таким же успехом он мог бы пригласить её и в кабинет.
Илиана с трудом сдержалась, чтобы не поёжиться. Было ощущение, что колючий взгляд энтарха пронизывает насквозь, изучая, стараясь, что? Запугать? Но ей не пристало бояться! Она вспомнила, ради чего она здесь. О, да! У неё очень важная цель. А значит, как она может бояться того, кого должна убить?
Илиана гордо вскинула голову и присела напротив энтарха. На единственное свободное место за длинным столом. И это тоже было против всех правил. Потому что по этикету, она должна была сидеть рядом с энтархом, но никак не напротив. Однако же она сидела прямо напротив него и сомневалась, что под этим изучающим взглядом ей вообще какой-то кусок в рот полезет.
Однако ей вдруг на мгновенье представилось, что между ними ракс. И они разыгрывают партию. И снова захватил отголосок былого азарта. Он изучает её, так почему же ей нельзя?
Илиана ответила тем же пристальным взглядом энтарху. И почему-то, чем больше она на него смотрела, тем меньше её пугал его взгляд. А вот тёмные, как грозовое небо, глаза наоборот притягивали. Было в них что-то гипнотическое, завораживающее. Вот он откинул прядь волос назад. В волосах уже серьёзно наметилась седина. Обруча, знака королевской власти, на волосах не было. Если не знать, кто перед тобой, и не угадаешь. Хотя нет, узнаешь, по осанке и взгляду человека, который привык, чтобы ему подчинялись и его боялись.
Подумав это, она присмотрелась к энтарху повнимательнее. Вся его поза выражала усталость, плечи поникли. Руки спокойно лежали на столе. Руки не короля, но воина. И шрам особенно выделялся на бледном лице. Интересно, как он получил этот шрам?
Илиана отвела глаза, напомнив себе, что перед ней умный и жестокий правитель, построивший сильную державу и правивший железной рукой. Но сейчас она не видела перед собой правителя, словно на краткое мгновенье перед ней открылся его истинный облик. И вот напротив неё сидел сильный, но бесконечно усталый человек.
Наконец, слуги внесли ужин. Она моргнула и морок развеялся. За столом снова сидел энтарх Эстарии. Как, кстати, его имя? Она, разумеется, изучала родословную королевских домов, а после письма с предложением, по просьбе брата особенно изучила всё, что могла найти про энтарха. И всё-таки информации было критически мало. Герхарт. Вспомнила она. Точно. Ни разу она не называла его по имени, даже мысленно. Только энтархом, правителем, государем. Нельзя называть по имени того, кого собираешься убить. Снова представив это, Илиана в который уже раз содрогнулась, вспомнив то, что должна была сделать. Ненавидеть на расстоянии было легко, а вот так, лицом к лицу…
Она сжала губы, упрямо повторяя про себя: энтарх, убить, жестокий правитель. А потом снова подняла глаза. Он не смотрел на неё. И всё же сидел сейчас перед ней. И между ними словно партия в ракс. Кто выиграет, а кто проиграет? И символично, что за чёрных играет она. Илиана опустила глаза. Это её игра, вот только она не уверенна, что сможет выиграть, уже не уверенна.
Весь ужин они просидели молча, если не считать обычного приветствия. Энтарх словно бы после первого изучающего взгляда, совсем перестал интересоваться ей. Будто его мысли где-то витали. Увидел её ход? Думает, кто с ним играет? Пытается угадать? Или это всё лишь её выдумки. Может, он вовсе равнодушен к раксу? Будто у него других дел нет!
И всё же она поужинала и даже с аппетитом. Молчание энтарха не тяготило её. Наоборот, ей было так проще. Не узнавать этого человека, не иметь с ним ничего общего! Молчание сглаживало неловкость и дарило покой. Хочет энтарх молчать – это его право, в конце-концов!
И, наверное, она сильно задумалась, потому как чуть не вздрогнула, когда энтарх вдруг произнёс:
– В это воскресенье я буду присутствовать на приёме просителей. И невеста по традиции должна быть рядом со мной.
И замолчал снова. Илиана подняла на него глаза. Энтарх смотрел прямо на неё и опять будто выворачивал её наизнанку своим взглядом.
– Хорошо, – она кивнула в знак согласия. Вот и выяснит, что из тех слухов, что ходили о нём, правда.
Энтарх первым встал из-за стола и подал ей руку, показывая, что трапеза закончена. Этикет он знал, вот только, видимо, не всегда желал ему следовать. Он проводил её до дверей её покоев. Всё так же, молча. И почему-то ей сейчас казалось, что мысли энтарха снова витают где-то далеко и от неё и от этого дворца.
Попрощавшись он ушёл, а Илиана шагнула в свои покои, только сейчас заметив, как стемнело на улице.
Глава 4
Герхарт
Ужин с невестой не принёс ничего нового. Девушка была послушна и молчалива, как и должно хорошей будущей жене. Только, пожалуй, слишком спокойна. Он знал, как выглядит. Улыбнулся своему отражению в зеркале. Улыбка вышла зверской ухмылкой. Шрам снова стянул лицо. Он нахмурился. Первые морщины прорезали лоб.
Первый Советник, помнится пару раз подавился, когда он так посмотрел на него. Его боялись. Может быть, не любили, даже скорее всего. Он привык. Правителю не нужна любовь. Только послушание, а ещё преданность. И верность.
Энтарх вздохнул и отвернулся. Голова снова начала болеть. И если она начинала болеть на ночь, то это – плохой знак. Значит завтра разболится ещё сильней. А он так устал… А ещё надеялся, что никто не увидит его слабость. Правителю нельзя быть слабым.
Герхарт шагнул к доске, на которой стояли фигурки ракса. Что вся его жизнь, если не игра, не одна из партий ракса, в которой он и сам не может понять, за кого играет – за чёрных или за белых, за свет или за тьму? А как иначе, когда носишь слишком много темноты в себе и кажется, что вот-вот она пожрёт тебя?
Он потряс головой. Надо сделать ход за белого короля. Ведь теперь они с чёрным остались одни за крепостной стеной. И от его хода сейчас зависит исход поединка. И время есть подумать. Пока голова ещё не совсем разболелась. А ещё он, кажется, догадывается, как обнаружить своего таинственного противника. Он слишком не любил ходить вокруг и около. Ему были противны все эти интриги, всё то, что входило сейчас в моду при дворе в других странах. Но рано или поздно, эта мода доберётся и сюда. Мода она равнодушна и беспощадна. Он только надеялся, что это случится не при его жизни.
Полчаса раздумий и вот ход сделан. Примет ли чёрный король вызов, вот в чём вопрос?
Энтарх прошёл в спальню и лёг, не зажигая свечей. Голова болела всё сильнее.
Илиана
После странного ужина она спала беспокойно. Снился энтарх, который смотрел на неё. Просто молчал и смотрел. А между ними партия в ракс. Она знала, какой сделать ход, а ещё знала почему то, что этот ход станет последним не только для белого короля, но и для самого энтарха. Это он падёт вместе со своей фигурой. И энтарх это знал. И просто смотрел на неё. И даже во сне она чувствовала его взгляд. Правда взгляд этот был другим. В нём застыли такая боль и усталость, что Илиана едва могла дышать. Она поднесла руку к доске, желая сделать уже этот решающий шаг и проснулась.
Потрясла головой, отгоняя навязчивый сон. Дождалась завтрака, а потом решила, что пойдёт к энтарху и спросит книгу, которую она так тщетно искала. Ну и заодно сделает ход. Если его нет, конечно. Она не собиралась раскрывать себя. Тем более сейчас. Вряд ли правитель будет доволен её самоуправством. Она представила его взгляд и вздрогнула. Наверное, он страшен в гневе. Но лучше ей этого не проверять на себе.
После завтрака, одевшись в простое платье (Картес бурчал бы как обычно, что оно слишком простое и его не пристало носить принцессе), Илиана направилась к покоям энтарха. Снова постучала. Никто не ответил. Но дверь была странно приоткрыта. Она постучала ещё раз. Тишина. А ещё темнота. Вот что поразило её, когда она шагнула внутрь.
Дверь на террасу была закрыта. Окна зашторены тёмной тканью. Для чего? Она растерянно осмотрелась. Правителя не было. Ракс стоял на месте. И всё же… Что-то здесь было не так.
И тут она услышала стон. Тихий, сдавленный. Но он не послышался ей. Илиана обернулась, ища его источник. Никого. Она осмотрелась ещё раз. И тогда только заметила маленькую незаметную дверь, видимо, в смежную комнату, которая тоже была немного приоткрыта. Стон исходил оттуда.
Ей бы развернуться и уйти, но Илиана решительно шагнула к двери. Это была спальня. Покои энтарха. На кровати лежал сам правитель. На голове повязка, зубы сжаты, глаза закрыты. Болеет? В этот раз ей точно не показалось. Уйти? Но ей было жалко энтарха. Может быть, он и заслужил свои страдания, но он ведь тоже человек. Подойти спросить, чем она может помочь? Но она медлила.
Неудачно повернулась, туфли стукнули по полу. В темноте и тишине комнаты, звук получился просто оглушительным. Энтарх открыл глаза.
– Вы что здесь забыли? – Сказал грубо, рассмотрев её. Но Илиана не испугалась. Не сейчас. И не этого больного человека, прежде всего человека, а потом уже правителя.
– Вам больно? Вы болеете? – Спросила она тихо.
– Не ваше дело. Я разберусь сам, – энтарх ответил отрывисто. А потом не выдержал. Словно судорога боли прошла по лицу. Он снова закрыл глаза, дёрнувшись, а Илиана увидела, что энтарх из последних сил сдерживает стон. Мужчины не показывают боль. Отец был такой же. Он держал всё в себе, до последнего.
– И всё же, что у вас болит? Я могу помочь. – Отец настоял, чтобы она училась лекарской науке. Немного хотя бы. Жаль только, что она не смогла помочь ему самому. Эти знания оказались бесполезными. Да и некуда было их использовать после его смерти. Ну и Картес не разрешал продолжать обучение дальше. Зачем принцессе искусство низших? Травы, настойки – это дело лекарей. А её дело – науки и этикет. Она смирилась, потому как не очень то и хотела. И вот сейчас… Может её знания пригодятся?
– Не можете. Уйдите. – Резко ответил энтарх, а потом закусил губу, пережидая приступ.
И это придало Илиане сил.
– Нет, – она покачала головой.
Но он уже не ответил. Зашипел, пытаясь сдержать стон и приложил ладонь ко лбу.
– Голова? – Участливо спросила она. Почему-то её вовсе не пугал энтарх сейчас. Да, наверное, она выглядела навязчивой, но всё же искренне хотела помочь.
Энтарх уже ничего не ответил, только слегка кивнул. Открыл глаза, затуманенные пеленой боли и снова закрыл.
– Я сейчас. Только настойку сделаю. Я умею.
Илиана развернулась и выбежала из покоев энтарха, не заботясь о том, услышал он её или нет. Медлить было нельзя. Она знала, что такое головная боль. Пару раз она снедала и её саму. Как хорошо, что уж этому то рецепту лекарь обучил её!
Кто бы знал, что взять с собой лекарский сундучок с мазями и травами, будет самым лучшим решением в её жизни! Илиана лихорадочно перебирала сундучок, в поисках нужных трав. Оно – не оно? И тут случайно её руки коснулись маленькой колбочки. О, она знала, что там хранилось и отдёрнула руки, словно обжегшись. Яд горной змеи. Необыкновенно редкий и мгновенный, тот самый, от которого нет противоядия. Его ей дал Картес. На всякий случай.
И вот, разве не тот самый случай сейчас? Небеса словно проверяли её. Сможет она свершить задуманное, или нет? Раньше Илиана думала, что убить злодея будет легко, тем более – злодея, погубившего отца. А теперь, пока смешивала нужные ингредиенты и заваривала настойку, понимала, что не сможет. Никогда не сможет убить. Ведь можно было это сделать так легко – просто подлить сейчас яд в настойку энтарху. Что может быть проще? Он болен – и выпьет всё, что она ему даст. Тем более, что никакой охраны у комнаты нет. Энтарх слишком привык полагаться на собственные силы или удачу. Что это – глупость или самомнение? А может просто равнодушие? Она не знала.
Казалось бы, вот тот самый миг. Картес наставлял её, рассказывал, как можно проникнуть в покои энтарха, надавал кучу советов. Знал бы он, что это так легко и его советы не пригодятся. Она горько усмехнулась. Она должна спасти свою страну, она должна отомстить за отца, она должна избавить страну от тирана. Тем более её никто не заподозрит. Но она не может.
Илиана склонила голову на несколько секунд. Никогда не сможет. Она училась лечить, а не убивать.
Настойка была готова очень быстро. Нет, ей бы, конечно, настояться, как действительно хорошей настойке. Но, увы, времени не было. Да и так она должна помочь, только вот действовать начнёт не так быстро. И всё же, эту настойку она проверяла на себе и не раз. Надеялась, что и энтарху она поможет.
До его покоев она спешила так быстро, как только могла, едва не срываясь на бег. Удерживала только мысль, что принцессе неприлично бегать. Возле двери энтарха никого не было, как не было никого и в самих покоях. Он упрямо молчал. Вряд ли даже первый советник знал, как мучается правитель. Только если лекарь был в курсе. И то, наверное, энтарх преуменьшал свои мучения. О, Илиана хорошо знала таких людей. Отец был такой же. Он молчал и терпел до последнего, пока не стало слишком поздно. Они думали болезнь, но оказался яд. Медленный, который проникал в кровь долго и по крупицам, а проникнув оставался там навсегда.
И вот теперь она на мгновенье словно увидела перед собой отца.
Энтарх лежал на прежнем месте. Он дышал тяжело, сжав зубы. Услышав её шаги, открыл глаза.
– Я принесла настойку, как и обещала, – тихо сказала Илиана. – Выпейте.
И подала ему кружку. Энтарх принял у неё из рук настой, приподнялся на локте и, не спрашивая ничего, залпом выпил. А она вдруг снова подумала о том, что он, должно быть, совсем не дорожит своей жизнью, потому что принимает из рук, по сути, незнакомой девушки, какое-то питье, не проверив его.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: