– На соседней улице, – ответила Миша.
Я поднял ее на руки.
– Ты понесешь меня туда? – со смехом спросила она, вновь впившись своими коготками в мою шею.
– Именно. Даже если солнце выдаст меня, – ответил я.
Меня обжигало счастье. Безумное, божественное, сладостное счастье: Миша станет моей женой!
– Я знала это, поэтому взяла зонтик! – хитро улыбнулась она.
– Синий? – усмехнулся я, подходя к нему. – Ох, Миша!
Миша ничего не ответила: она потянулась к зонту, раскрыла его и подняла над моей головой. Огромный купол зонта полностью закрывал мое лицо, плечи и руки, а Мише он и вовсе был не нужен, и ее длинные ноги в белых туфлях блестели своей белизной на солнце.
Мрочеки уже ждали нас у калитки, подняв над головами большие яркие зонты.
Я со своей драгоценной ношей подошел к ним.
– Мы не можем пропустить свадьбу нашей младшей дочери, – с улыбкой сказала пани Мрочек: в ее глазах блестели слезы.
– А мы так надеялись, что ты проживешь с нами хотя бы до ста лет, – слегка печально сказал пан Мрочек младшей дочери.
– Не могу. Теперь я принадлежу ему, – просто сказала ему Миша. – Я люблю его, хоть он такой холодный и иногда раздражает меня своим хладнокровием. Ну, вперед, мой айсберг! – с улыбкой глядя на меня, воскликнула Миша.
Я поцеловал ее. И мне было совершенно плевать на то, что нас окружали зрители.
Миша смущенно улыбнулась, но ее глаза были полны счастья и любви.
Мы направились к костелу, и окружающие нас люди с удивлением смотрели на нашу процессию, держащую над головами яркие разноцветные зонты, такие неуместные в этот прекрасный, солнечный сентябрьский день.
Эпилог
Через две недели после свадьбы мы уехали в Швецию, где Фредрик построил для нас деревянный двухэтажный домик на берегу лесного озера, выкрасил его в красный цвет и поставил рядом с ним качели для меня, сделанные его руками. Мы жили здесь уже два года, отрешившись от всего мира.
Оксфордский университет я так и не закончила. Но я была счастлива, полноценна и любима.
Уже два года я была Мишей Харальдсон. А Фредрик уже два года каждый вечер играл для меня на никельхарпе и учил меня играть на бузуки. Я знала, что когда-нибудь мы все-таки решим переехать в более людное место, например, в Стокгольм, но сейчас мы наслаждались своим одиночеством.
Стоял удивительно красивый рассвет: шведская осенняя природа была прекрасной и чистой. Это было утро после моей ночной охоты. Я вышла из дома в голубом ситцевом платье, босиком, с распущенными волосами, спустилась к озеру, по щиколотку вошла в воду и стала смотреть на ярко-розовое небо, рожденное новым днем. И вдруг я вспомнила слова Седрика Моргана: «Ты можешь побороть этот мир. И ты будешь счастлива».
Я печально улыбнулась.
«Спасибо тебе, Седрик. Спасибо за то, что верил в меня. Благодаря тебе и твоим советам, я встретила Фредрика. Только благодаря тебе, я поехала в Оксфорд. Прости меня за то, что я перекладывала на тебя свою вину, когда сама отвергала его. Спасибо тебе. За все. Найди свою Вайпер и будь счастлив. Где бы ты ни был, – с искренней благодарностью подумала я. – И спасибо тебе, Господь, за то, что ты создал меня той, кто я есть: я буду счастлива вечно»
Я так задумалась, что не услышала, как кто-то подошел ко мне, обвил руками мою талию и поцеловал мои волосы.
Фредрик. Моя любовь. Мой ледяной принц.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: