– Вы бы поскромнее себя вели! Это всё из-за вас. Не могли сдержаться, начали перемигиваться четырьмя глазами с самого начала ужина. Вот она и вычислила.
Билл обиделся всерьёз.
– Так значит, это мы с Энком виноваты, что это милое нежное вино будет щекотать наши утомлённые нервы? Тьфу, оно у меня вот тут стоит.
Ас пробормотал:
– У меня тоже.
– Глотнуть свободы охота.
Ас что-то вякнул и усиленно занялся трёхмеркой.
Билл приободрился. Покаяние командира навело его на мысль, что капля точит иные материалы и т. д. Он решил пока оставить начальника в покое и дождаться, когда естественные потребности возобладают над волей, мужеством и чувством долга.
– Ну. – Глубокомысленно. – Должно быть, ты прав.
Ас подозрительно глянул и вернулся к трёхмерке. Билл вспомнил о небесной авантюристке.
– Как это она из-за угла выскочила…
Сейчас океан вокруг был полон мира и покоя. Мерцали большие звёзды. Билл принялся гулять по рубке.
– А это что?
– А ну, положь.
– Судовая роль. – Прочитал Билл и, перевернул толстую тетрадку, похожую на классный журнал.
– Ты заполнил?
Ас мельком глянул:
– Само собой.
– И когда успел. – Польстил Билл.
Билл с некоторым трепетом открыл журнал. В памяти смутно пролетели воспоминания не самого вдохновляющего порядка. Голос матери, говорящий:
– Стих вписал? Нехороший стих? Будьте добры, дайте почитать, госпожа учительница.
Далее – полёт рукописи, взмах, раскрывающий истрёпанный обрез и еле слышный подавленный смех матери.
Билл листнул манускрипт.
Командир комплексного управления – Александр сир Александр, космолётчик первого класса, лицензия от… и тра-та-та… паспорт выдан и тра-та-та… герой Северной Нибирии.
Билл быстро посмотрел на неподвижный профиль.
Пассажиры – Бильга сир Баст и тра-та-та… Энкиду сир Гурд, последнее место работы – инструктор природоохранного отделения компании Заповедные Территории, леди Шамхат мистрис Алан, последнее место работы… мелким шрифтом – привлекалась, как эксперт, к работе правительственной комиссии такого-то яррогода по выяснению обстоятельств деформации рельефа…
Билл отвлёкся.
– Что-то упало?
– Где?
– Тут сказано, что Шанни выясняла насчёт того, что где-то что-то отвалилось?
Ас фыркнул.
– Ты бы положил.
– Я не имею права это читать? Вот это – про грозу браконьеров и про… чёрт, что это за фамилия у Шанни? Что-то знакомое.
Ас опять повторил, что лучше бы Билл оставил всё в покое, но добавил:
– Если бы ты не имел права, эта книжка не находилась бы там, где чьи-то большие ручонки могут её тиснуть.
Билл посмотрел вскользь своими неправильными глазами леану из музея естественной истории, помотал тяжёлой абрикосовой шевелюрой.
– Почему тут не написана твоя настоящая фамилия?
Ас развернулся в кресле.
– Потому что у меня её нет.
Билл смущённо опустил глаза. Не стоило, впрочем, обольщаться насчёт глубины его смущения. Ас дождался – интервал был в такую долю секунды, что на обычном нибирийском языке, хоть и породившем великую литературу, нет образного обозначения для подобной величины. Билл снова посмотрел ему в глаза.
Ас сделал вот что. Встал, так что кресло поехало без него в сторону к сияющему окну, прошёл к трёхмерке, сунул, не глядя внутрь, длиннопалую сухощавую руку и вытащил обратно. Рука не была пуста.
Билл очень обдумал увиденное и по своей природной хитрости – а ведь она была ему свойственна, хотя никто этого не знал – прочувствованно молвил:
– О… Командир.
Ас посмотрел на дверь, поставил вытащенное на клавиатуру довольно небрежно – Билл опять содрогнулся, но не посмел шутить насчёт кнопок, понимал – минута не та, и комр в таком настроении и состоянии духа, что надо ловить, ловить эту минуту и ни в коем случае не испортить её какой-нибудь глупостью.
Ас снова устроился в кресле, сложил ручки на груди и испытующе посмотрел на скромно молчащего Билла.
– Слушай внимательно. – (Ему бы военруком в закрытую школу.) – Когда станет тихо на этом судне… когда станет – запомни, – Билл кивал чаще, чем нужно, – ты берёшь громилу и вы – Билл, хватит мотать башкой, – на цыпках идёте на запад, к техпомещениям.
Билл пискнул:
– Там, где метла?..
– Там, где метла. – Удовлетворённо проурчал военрук… тьфу, – Ас.
Благосклонно задал закрепительный вопрос: