Юрина: Ну, опять двадцать пять. Давай, городи огород дальше!
Максимов: Истинная правда. Любимым котиком клянусь! Сама посмотри. Внимательно вчитайся. И что ты поймёшь? Что главная героиня по меньшей мере любит главного героя. А он в ней души не чает. Ты уж извини, но тебя я не люблю.
Юрина: Ха—ха! Хоть раз правду сказал. Не думай, что расстроил.
Максимов: И не думаю…
Юрина: Да я вижу, что не думаешь. Как всегда, ни о чём не думаешь. Ты вообще, чем занимаешься—то хоть? Мы же с тобой шесть лет не виделись.
Максимов: Пять. Ты приходила тогда с дочерью проведать бабушку.
Юрина: Пять, да. Кстати, как там бабушка?
Максимов: Никак. Умерла полгода назад. Отмаялась.
Юрина: Я и не знала… Жалко… Намучилась она с тобой тоже… Зря ты мне не сообщил… А почему «отмаялась»? Она болела сильно?
Максимов: Сообщил? Ты же меня везде заблокировала. Я же тебе жить мешаю и вообще… Бабушка, то ага, болела. Старостью. 95 лет, как-никак. Лежала почти год.
Юрина: А кто за ней ухаживал? Твоя жена?
Максимов: Щаз! Ей самой нянька требуется. За бабушкой сиделка вначале присматривала. Но, это пока бабуля передвигалась самостоятельно. А когда слегла, сиделка отказалась. Мол, ворочать её я не могу.
Юрина: А как же…
Максимов встаёт, начинает ходить по комнате. Негромко звучит музыка Баха Фуга №12 BWV 857.
Максимов: А вот так же! Пришлось мне работу бросить и нянькаться с нею. Мыл, ворочал, пролежни обрабатывал. До этого у меня деньжат малость скоплено было, вот на это и жили, да пенсия её. Год и протянула. А я, как привязанный, никуда надолго не выйдешь. Кормил по расписанию, с ложечки. Бинтовал.
Юрина: Бинтовал?
Максимов: У старых людей кожа становится, как мокрая бумага. Стоит им где—то стукнуть или зацепить, сразу сходит лоскутами. А наша бабуля непоседливая была, да пару раз падала с кровати. Утром как-то встали, она в луже крови, руку о кровать распорола. Заживало почти полгода. Вот и бинтовал всё время. Ей же не объяснишь. Никого не узнавала и ничего не понимала. Всё маму звала.
Музыка стихает.
Максимов садится в кресло, одежду кладёт на колени, прижимает к себе.
Юрина: Ужас какой. А у нас бабушка вскоре после моего развода с Подкопытовым скончалась. Переживала очень. Два инсульта подряд. Давление всё время высокое.
Максимов: Я в курсе.
Юрина: Да? Откуда.
Максимов: Оттуда. Светке как—то планшетник на день рождения дарил, приезжал. Тебя—то не было, ты по своим сектантским делам где—то жаромыжилась. Твоя маман всё и рассказала. Помнишь, она разорялась, когда мы вместе жили: «Ты, ведь, Сергей, с Линой что случится, не будешь за ней ухаживать, сбежишь сразу. Бросишь её». А по факту с точностью до наоборот произошло. Моралисты хреновы!
Юрина: Ой, да ладно. Что с тобой случилось—то?
Максимов: Я ж тогда одну работу на другую сменил, из школы ушёл. Ты бесконечно стонала, что моей зарплаты мало, крутиться надо. Вот и пошёл крутиться. А через месяц ты меня ррраз и…
Юрина: А сейчас ты где?
Максимов: Здесь.
Юрина: Тунеядствуешь, значит. Так я и знала.
Максимов: Ну, если ты называешь тунеядством работу по 8 часов в день практически без выходных…
Юрина: И много ты заработал?
Максимов: Немного. А для тебя деньги на первом месте, как и раньше? Заметь, книга написана о девушке, любящей человека, а не деньги.
Юрина: О дуре книга твоя. О наивной глупой, молодой дурочке. О той дуре, которой я когда—то была. Занялся бы ты лучше делом, Максимов. Работать бы шёл…
Максимов: А ты устройся после сорока пяти попробуй. Думаешь, я не пытался?
Юрина: Разнорабочим иди, кирпичи таскай, вагоны разгружай.
Максимов: С моей—то межпозвоночной грыжей? Один день работы и месяц с отнявшимися ногами лежать.
Юрина: С чего это грыжа у тебя. Ты тяжелее ручки ничего никогда не поднимал.
Максимов: Знаешь ты, где я и что поднимал. Бабушку таскал на себе по несколько раз в день, памперсы она срывала. Вот и кирдык спине пришёл. Валялся тут полтора месяца, ходил еле—еле, с палочкой.
Юрина: А кто же в это время…
Максимов: Соседка помогала иногда. Сама – то ты, конечно, наиважнейшим делом занимаешься.
Юрина: Да, занимаюсь. Да, наиважнейшим. Но ты не думай, я на себя работаю, а не на кого—то там.
Максимов: И много наработала?
Юрина: Не твоё дело. Сколько есть, все мои. Главное, правильные взгляды иметь, овладеть психологией успеха, выйти из зоны комфорта, притягивать деньги…
Максимов: Сильно уже притягиваешь? Научила бы хоть!
Юрина: Тебе с твоей рабской совковой психологией не понять.
Максимов: Куда уж мне, естественно. Но кое—что я понял. Хочешь много иметь – пробивайся в чиновники. Вот, яркий пример, Ложкин…
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: